Искупление 6

– Знаешь, что не извращенное, Кейс? Когда гериатрический акушер засовывает всю руку в твою… – Ифа!

– Вагину, - поправила я с раздражением.

– Мы говорим о целом кулаке?– спросила моя лучшая подруга, помогая поднять меня в фургон.

– Мы говорим о целом кулаке, руке и локте!

– Я надеюсь, что она была в перчатке.

– Не будь таким драматичной, Ифа, - усмехнулась мама, забираясь на водительское сиденье и заводя двигатель. – Это был стандартный внутренний процесс, любовь моя.

Если ты думаешь, что это было плохо, просто подожди, пока ты не родишь.

– Молодец, Триш.- Фыркнула Кейси.

– Вау, - невозмутимо произнесла я. – Я так рада, что надвигающаяся кончина моей вагины так тебя развлекает.

– Что ж, это научит тебя позволять своему парню совать свой член туда без защиты.

– Да, мама, - протянула я, тон был пропитан сарказмом. – Я действительно осознала ошибочность своих путей."

"– Она уже расширилась на два сантиметра, Кейси, - взволнованно сказала мама.– Доктор думает, что у нее будет ребенок к завтрашнему дню.

– Остынь, мам, - вмешиваюсь я. – Из меня ничего не выйдет, пока Джоуи не вернется домой.

– Технически это не так, - вмешалась Кейси, указывая на влажное круглое пятно спереди на моем платье. – У тебя там немного течет, детка.

– О, да ладно, - завопила я, в смятении вскидывая руки. – Что, черт возьми, не так с этой грудью?

– Мы должны купить тебе цепочку с колокольчиком и переименовать тебя в Дейзи.

– Которая из них, любимая?

– Левая, - проворчала я, потянувшись за салфеткой, чтобы засунуть ее в лифчик.

– О, да ладно, - усмехнулась Кейси, похлопывая меня по большому животу. – Не обращай внимания на протечки, пойдем сделаем педикюр этим распухшим копытцам, пока папочка не вернулся.

– Хм, - проворчала я, немного успокоившись при мысли о том, что снова увижу Джоуи.– Ты думаешь, у них в косметологиях есть триммер для живой изгороди?

– Давай, - уговаривала Кейси. – Подари нам улыбку.

Она была права.

Я ждала все лето.

Пятнадцать долгих недель, если быть точной.

Джоуи возвращался домой.

Наконец-то.

К вечеру среды мы снова были бы вместе.

– Я нервничаю, - впервые услышала я свое признание вслух, хотя это чувство разъедало меня уже несколько недель.

– Что? – спросили Кейси и мама в унисон. – Почему?

– Потому что посмотрите на меня, ребята.- Я указала на свой живот. – Я не совсем та женщина, которую он помнит.