Интервью для Мэри Сью. Раздразнить дракона

Появилась новая морщина на лбу, черты лица словно заострились.

— Спасибо, побратим, — кивком головы Брок поприветствовал оборотня, а потом впился взглядом в меня.

Я молчала. Дракон тоже. Йон, переступив с ноги на ногу, начал тихо уходить во вновь сгущающийся туман. Лиса нехотя последовала за ним.

А мы все и стояли друг напротив друга. Наконец я прикрыла глаза, выдохнула.

— Почему ты молчишь? — Всегда решительный Брок сейчас, судя его голосу, был растерян.

— Подбираю слова, — не стала кривить душой.

— Какие?

— Преимущественно цензурные и без проклятий. Но пока в моей будущей речи лишь запятые.

Я все так же стояла с закрытыми глазами. Не видеть. А лучше еще и не слышать. Забыть.

Руки, что легли на плечи, заставили вздрогнуть. Я напряглась, замерла.

— Я не уйду, пока ты не выслушаешь меня до конца. — Дракон просил и требовал одновременно. — Скажи, почему ты сбежала?

Вроде бы простой и короткий вопрос, от которого разбилась стена, что держала мои чувства в узде.

— Потому что ненавижу.

"Я недоговорила. Меня буквально смяло штормовой волной. Поцелуя не было. Губы впились в губы, требуя, клеймя, утверждаясь. Словно Брок просто устал слушать и ждать.

Он отпрянул так же внезапно, заставив меня пошатнуться, а в следующую секунду мой кулак врезался в его скулу.

— Ненавижу тебя, ненавижу!

— Знаешь, это взаимно!

Я опешила.

— Ты хотя бы можешь себе представить, каково это — когда та, которая говорила, что любит тебя, сбегает сразу после обручения? Не сказав ни слова, исчезает. А ты сходишь с ума, потому что кроме нее тебе никто не нужен.

— Как же! Марн…

— Не было у меня ничего с женой брата. И быть не могло! — Брок встряхнул меня за плечи. — Мне поклясться своей жизнью, чтобы ты поверила: я не брал ни одну женщину после тебя.

Брок не просто лучился, он сиял, и этот свет почти обжигал.

Я подавилась вдохом. Вздрогнула. По горлу прокатился ком, рухнул в живот и скрутил все внутри в тугой узел.

Дракон же, словно не обращая внимания на то, что небеса приняли его клятву, продолжал:

— Да, в ту ночь, в Сейринк… Лекса… Я не железный и далеко не праведник, скорее уж наоборот.