Императрица Мария. Восставшая из могилы

До рублей ли тут? Бумажки какие-то печатаем – изобретение еще Сибирского правительства!

– Да, достойно! – усмехнулась великая княжна. – А как вы думаете, Иван Андрианович, может, мне велеть казакам выпороть вас всех – и правительство, и Думу вашу? Чтобы быстрее портфели поделили!

Михайлов молчал. Он вдруг понял, что эта девушка не шутит. И ведь казаки сделают, и с большой охотой! Изо всех сил стараясь выглядеть полезным для нее, внутренне уже приняв решение, в очередной раз меняя сторону, он торопливо заговорил:

– Мария Николаевна! Если вы хотите ввести рубль, обеспеченный золотом, то бумажные деньги надо печатать за границей, лучше всего в Северо-Американских Штатах.

– А как быть со старыми деньгами? – перебила его великая княжна.

– Они ничего не стоят! Даже романовские… – Он осекся. – Извините, дореволюционные. Это все бумага.

– Но друг с другом они же меняются по какому-то курсу?

– Да, – усмехнулся Михайлов, – одна пачка на две пачки! Сходите на базар, там натуральный обмен процветает, никаких денег не нужно!

– Как быстро американцы напечатают деньги?

– Все зависит от цены вопроса. Если не будем слишком жадничать и заплатим золотом, то быстро.

– Значит, до марта придется расплачиваться золотом.

– Да за что расплачиваться-то, Мария Николаевна? – удивленно воскликнул Михайлов.

– Да за все, Иван Андрианович! – почти передразнила его интонацию великая княжна. – Вы лучше скажите, чем, кроме золота, можно расплачиваться с союзниками? Лесом, пушниной?

– Лесом точно можно. Лес охотно будут брать японцы.

– Будет нужна, Иван Андрианович, – улыбнулась великая княжна, – подумайте сами. Не исходите из потребностей сегодняшнего дня, подумайте о дне завтрашнем. А что у нас будет завтра? Да капитуляция Германии, конец войны. Вот тут-то и понадобятся меха!

– Вы думаете, у демобилизованных солдат будут деньги на меха?

– Иван Андрианович, вы меня удивляете.