Империя Греха

— шепчет она, ее дыхание сбивается, когда мой язык покидает ее губы.

— Ш-ш-ш. — я поворачиваю ее лицом к стене и продолжаю держать за горло. — Мне нужно, чтобы ты вела себя очень тихо, пока я буду трахать тебя, красавица.

Глава 15

Анастасия

Мне кажется, со мной что-то не так.

С ним.

С нами.

Иначе почему, черт возьми, мне так жарко, и я возбуждена, как никогда раньше?

И это началось не только сейчас, нет. Это перевозбуждение зародилось, когда он прижал меня к стене, схватил за горло и слизал мои слезы. Он высунул язык и слизал их все.

Но произошло нечто гораздо худшее.

Мне понравилось.

Каждый взмах его языка был похож на то, будто он лижет мою киску, раздвигая мои ноги, получая больше доступа.

А когда он погрузил язык в мой рот, я почти почувствовала, как его член глубоко вошел в меня.

Я все еще чувствую это сейчас, неконтролируемую потребность, и не уверена, его это или мое.

А может, комбинация того и другого.

Его огромное тело прижимает меня к стене, и я не могу дышать, не потому что он сдавливает меня, а из-за всего остального.

Например, его дыхание на моем лице и резкие покалывания, которые оно вызывает.

Или запах его одеколона, окутывающий меня целиком, как это было перед Кириллом и Александром.

Но больше всего это его тепло, чувство безопасности, которое я никогда не позволяла себе испытывать, даже с отцом.

Потому что он не говорил этого, мой отец, он никогда не говорил, что защитит меня.

Вот почему я украла у него.

Но Нокс сказал это в присутствии тех двух опасных людей. Ему было все равно, что они опасны и что они могут свернуть ему шею одним движением руки Кирилла.

Именно это и произошло бы, если бы рядом не оказалось людей. Кирилл подал бы Александру знак, и его охранник зарезал бы Нокса до смерти, а потом закопал бы его на какой-нибудь стройке.

Но Ноксу на все это было наплевать.

Он сказал, что защитит меня.

И, возможно, именно поэтому я прижалась к стене. Я дышу так резко, так гортанно, что, кажется, у меня гипервентиляция.

Тем не менее, Нокс держит меня за шею, не давая оторваться. И хотя я понятия не имею, куда он меня ведет, часть меня, та непокорная часть с шипами, которая решила украсть и сбежать, не волнует."

"Ноксу тоже все равно, потому что его член упирается в мою попку, твердый, толстый и горячий. Такой горячий, что я загораюсь.