Императорский Див

Потом подумал и накинул сверху еще один, из более плотной зеленой ткани, с дерущимися тигром и драконом, вышитыми серебряными нитками и перламутром. Хотел было взять еще и третий, но Анастасия остановила его:

– Мы сюда не мародерствовать пришли.

На ней самой уже было надето длинное платье из тяжелой плотной ткани и сверху накинуто что-то вроде куртки, отороченной мехом.

– Сама так оделась потеплее… – вздохнул он.

– Шелк не спасет тебя от холода. Кстати, где ты оставил его сиятельство?

– С Виктором Геннадьевичем.

"– Согласна.

Они направились в гардероб отеля. Служителя на месте не было, он, конечно же, давно уже куда-то сбежал. Кузя без труда нашел пальто своего колдуна и его шапку.

– Пойдем.

Они спустились к причалу. Но там никого не оказалось.

– Думаю, они перешвартовываются к главному, – предположила Анастасия. – Его сиятельство не уедет в город, оставив нас тут.

– Ага. Нас вообще нельзя оставлять без присмотра. – Кузя усмехнулся.

Они помчались на главный причал. И вовремя – туда как раз подходило сразу несколько катеров.

– Полиция небось. Интересно, куда сел вертолет? Я бы посмотрел на вертолет.

– Посмотришь.

– О, стой. Подожди, подержи-ка.

Кузя вручил Анастасии одежду и бросился в будку. Сторож все так же лежал с носком во рту. А Рас стоял над ним и пристально смотрел хозяину в глаза. При виде Кузи он отскочил в угол.

Кузя вытащил носок:

– Без глупостей.

– В кармане… рубашки.

– Поддельный, не иначе, – пробормотал Кузя и сунул пальцы в карман. А носок – обратно в рот сторожу.

– Пойдем со мной, – позвал он рысь, – как и обещал, я отдам тебя на службу доброму колдуну.

Когда Кузя вышел, смешной оранжевый кораблик уже причаливал.

Див забрал у Анастасии вещи и одним прыжком оказался возле катерка. Подтянул его к причалу и крепко привязал к кнехту. И сунулся внутрь.

– Гермес Аркадьевич, а я вам пальто принес! – радостно воскликнул он.

– Спасибо. – Его колдун надел пальто и шапку и протянул руку, чтобы Кузя помог выбраться наружу. За хозяином последовали Виктор Геннадьевич и колдун Фетисов. Князь Рождественский остался внутри. Выглядел он донельзя странно. Завернувшись в одеяло, он сидел на полу, уставившись в одну точку. Из его глаз непрерывным потоком текли слезы.

Виктор Геннадьевич посмотрел на Кузю с улыбкой:

– Какая ты, Кузя, у нас… новогодняя елочка.