Император деревни Гадюкино

Вот только Пронь не знал, что Петр стукач, регулярно доносивший на товарищей по заключению.

Малышев освобождался раньше, за пару дней до выхода на свободу он сказал Косте:

– Тебе без меня будет трудно.

– Справлюсь, – оптимистично ответил Пронь.

Петр протянул ему клочок бумаги:

– Запомни номерок, если начнут прессовать, позвони, скажи, что от меня. Телефон есть у доктора.

Воспользоваться телефоном Косте пришлось через пару месяцев после ухода Малышева. Как только Петр покинул колонию, Константина стали пинать и заключенные, и охрана.

– Малышев велел попросить у вас телефон.

– Звони, – сказала врач, нарушив тем самым все инструкции.

На том конце провода Костю выслушали и произнесли в ответ одно слово:

– Хорошо.

Вечером Константина вызвали на кухню, потребовалось почистить котлы. Заключенный вошел в посудомойню и увидел самого грубого и злобного из сотрудников зоны, замначальника колонии Георгия Варина. Но сейчас Жора не скалил зубы, а вполне мирно улыбался.

– Садись, – сказал он, указывая на табуретку, – Петька думал, что ты недели две выдержишь, я ставил на месяц.

Жора сделал Константину предложение, от которого у того не было шансов отказаться.

Костя будет работать на Варина, сообщать ему информацию, дружить с нужными заключенными, устраивать, если понадобится, драки. В награду Пронь получит авторитет на зоне и шанс выйти на волю раньше.

– Предлагаешь мне ссучиться? – уточнил Костя.

Жора рассмеялся:

– Понабрался выражений.

Костя принял предложение Жоры, честно служил хозяину, полагал, что, выйдя на свободу, сможет навсегда вычеркнуть из памяти неприятный эпизод в биографии. Вот только Костя забыл поговорку: «Коготок увяз – всей птичке пропасть». Перед его освобождением Жора сказал:

– Вернешься в Москву, пойдешь по этому адресу и не вздумай сбежать, худо будет.