Игра без правил

Если бы даже он и хотел соврать, у него ничего бы не получилось: неопрятная кожаная культя, внутри которой, как смертоносная бабочка внутри уродливой куколки, скрывался заряженный пистолет, гипнотизировала его, заставляя мысли путаться и нестись вскачь, перепрыгивая с одного на другое. Это была своего рода сыворотка правды, и весьма эффективная. Слушая сбивчивый, местами неразборчивый рассказ менеджера, Французов все сильнее хмурился. Постепенно перед ним вставала картина преступления, в которой труп Николая Панаева был лишь частью отходов, производимых огромным денежным станком, в который курсант имел неосторожность угодить.

Рассказ получился не слишком длинным, но все-таки занял не менее получаса оттого, что Погодину было трудно говорить.

Дослушав, Французов понял, что дошел до той черты, за которой одиночку ждет неминуемая смерть. Пора было наконец милиции вступить в эту игру.

Капитан отыскал в ворохе бумаг позади перевернутого стола телефонный аппарат, который дал о себе знать тонким придушенным писком.

Трубка с него свалилась, и из наушника непрерывной чередой доносились короткие гудки. Юрий положил трубку на рычаги и на секунду задумался, держа аппарат в руках. Приняв окончательное решение, он приготовился снять трубку и набрать 02, но тут телефон вдруг взорвался в его руках требовательным звонком, заставив его вздрогнуть.

Капитан бросил быстрый взгляд на Погодина и, поняв, что толку с него все равно не будет, снял трубку и молча поднес ее к уху."

"– Юра, это ты? – спросил дрожащий женский голос.

Капитан не сразу узнал его, а узнав, мгновенно покрылся холодным липким потом: звонила его жена.

Глава 10

Ирина Французова подошла к окну и с высоты восьмого этажа посмотрела на утонувший в кромешной тьме микрорайон. Светились только окна многоэтажных пластин, словно огромная флотилия, сплошь состоявшая из ""Титаников"" и ""Куин Мэри"", собралась на рейде, готовясь выйти в открытое море. Внизу плескались редкие лужи зеленоватого света, который скупо источали фонари, разбросанные в этом море мрака без всякого намека на систему.

Небо было непроглядно темным. Поднявшийся к вечеру ветерок пригнал с залива облака, готовые в любую минуту разродиться затяжным дождем, так что ни о каких звездах и речи быть не могло.

Ирина поймала себя на том, что до рези в глазах вглядывается в темноту, пытаясь разглядеть торопящуюся домой знакомую фигуру мужа. Это было глупо, и она заставила себя отойти от окна, вернуться в комнату и включить телевизор.