Игра без правил

Мечущаяся толпа устремилась во все проходы, включая служебный. Половина охраны была сразу же сбита с ног, остальные отбивались кулаками, дубинками и прикладами. В считанные минуты зал опустел, и теперь вопли раздавались откуда-то из глубины коридора, который теперь, когда тоннель был затоплен, сделался тупиком. Как только толпа ринулась к служебному проходу, капитан Французов свалил с ног ближайшего охранника и попытался броситься на второго, но тот коротко ткнул его в голую грудь электрошокером, и капитан потерял сознание.

К счастью, он упал возле самой стены, и его не затоптали."

"Когда в зале снова стало относительно тихо, Комбат с удивлением отметил, что все еще жив. Голова работала туго, со скрипом. Она страшно болела, сломанная рука отзывалась горячими взрывами боли на каждый толчок пульса, да и все остальное представляло собой сплошной ком ноющей боли, так что тот факт, что Стручок, стреляя в него, промахнулся восемь раз подряд, оставил Бориса Рублева вполне равнодушным. Сеня все-таки обработал его на славу, и, хотя Комбат понимал, что ему непременно нужно куда-то идти, он никак не мог вспомнить, куда именно и зачем.

Тем не менее это таинственное путешествие почему-то представлялось ему крайне важным. Комбат, волоча непослушные ноги, добрел до канатов и тяжело подлез под верхний как раз в тот момент, когда Горохов снова открыл огонь. На этот раз прицел был довольно точным, и, не пригнись Рублев, пуля наверняка угодила бы ему в голову.

– Вот зануда, – пробормотал Комбат, пролезая под канатом.

Он оступился и с негромким криком боли свалился с помоста, совершенно пропав из виду.

– Что вы стоите?! – заорал на охранников Горохов. – Мочите его на хер!

Охранники неохотно двинулись вперед. Происходящее здесь нравилось им все меньше и меньше, тем более что Хряк, вооружившись подобранным с пола автоматом, начал бочком продвигаться к балкону, явно норовя как-нибудь обойти совершенно сбесившегося Стручка и сделать ноги.

Стручок с балкона пересчитал охранников.

Он помнил, что вместе с Хряком их должно быть двенадцать, в наличии же имелось ровно на одного меньше. Горохов повел глазами по периметру зала, ища потерявшегося Хряка, и обнаружил его совсем близко, крадущимся вдоль стены метрах в десяти от балкона. В руках у Хряка был автомат. Стручок сделал оргвыводы со скоростью, которая сделала бы честь самому мощному из существующих в природе компьютеров, и вскинул пистолет.

– Убью пидора! – закричал он.