Ярче солнца

Конечно, состояние здоровья пока не позволяло ему начать охоту на врага, но он вполне мог заняться расследованием.

При опросе кухонного персонала выяснилось, что недавно нанятая судомойка таинственно исчезла в ту ночь, когда отравилась Элли. Ее взяли на работу за неделю до этого. Никто не мог в точности вспомнить, не она ли приносила заварной крем в спальню хозяина. Исходя из этого Чарлз заключил: раз никто не может точно вспомнить, резонно предположить, что исчезнувшая судомойка вполне могла подмешать отраву в заварной крем.

Чарлз приказал людям отыскать беглянку, однако следов ее не обнаружили, что, в общем, его не удивило. Вероятно, она была где-то на пути в Шотландию вместе с золотом, которое ей наверняка заплатили за отравление.

Чарлз предпринял новые меры для защиты семьи. Клер и Джудит было запрещено выходить из дома. Он готов был распространить подобное запрещение и на Элли с Элен. К счастью, обе женщины, похоже, и не стремились покидать пределов усадьбы, развлекая Джудит, чтобы та не капризничала из-за того, что не может покататься на пони.

Поиски человека, подложившего гвоздь под седло лошади, успехом тоже не увенчались. Это особенно беспокоило и раздражало Чарлза. Он решил лично осмотреть конюшни, надеясь найти какой-нибудь ключ к разгадке. Он не стал говорить об этом Элли, чтобы та понапрасну за него не волновалась. Улучив момент, когда жена пила чай с Элен, Клер и Джудит, он схватил пальто, шляпу, трость и прихрамывая вышел из дома.

В конюшне было тихо. Леви занимался с одним из жеребцов, а остальной обслуживающий персонал, как решил Чарлз, устроил перерыв на ленч.

К большому огорчению, поиски не дали Чарлзу никакого ключа к разгадке. Он и сам точно не знал, что именно ищет, но понял бы это, если бы что-то нашел. Чарлз собрался уже возвращаться в дом, когда услышал, что кто-то вошел в конюшню."

"Вероятно, Леви.

– Леви! - окликнул его Чарлз. - Это Биллингтон. Я пришел, чтобы…

Сзади послышался какой-то шум. Чарлз обернулся, но ничего не увидел.

– Леви!

Ответа не последовало.

Его лодыжка вдруг отчаянно заныла, словно напоминая, что он не способен бежать.

Снова какой-то шум.