Яма (СИ)

И скорее всего, если открыть все, что спряталось в душе, Доминика влюбилась в Градского с первого взгляда. Невзирая на его грубость, жесткость и бессердечность. Это просто случилось. Так же внезапно, как происходят стихийные бедствия. Горные породы сместились — почва бесповоротно изменилась. Возврата к прошлой форме не произойдет никогда. Только дальше — к чему-то новому.

— Ты почему такая красная? Заболела?"

"Перед Никой возникло взволнованное лицо старшей сестры. А ведь она даже не заметила, как та вернулась домой.

Рука Али прижалась к ее лбу.

— Перестань, — негодующе выдохнула. — Без тебя настроение никакое.

— Почему? Что случилось?

— Ничего. Просто, как увидела тебя, возникло желание лечь и умереть!

— У-у-у… — Алина присвистнула. — Да ты совершила невозможное! Вернулась в свою тринадцатилетнюю оболочку.

Склонившись над Никой, коснулась холодной рукой ее голой шеи.

— Что ты делаешь? — взвизгнув, подпрыгнула.

— Пойдем, Кузя. У меня есть все, чтобы поднять твое настроение. Сгущенка, булочки и шоколад.

Младшая действительно поднялась. Уставилась на сестру с обидой и возмущением.

— Почему ты назвала меня Кузей?

— А что? Прикольно.

— Прикольно? Так назови меня еще гномом! Или мурзилкой!

— Мне еще нравится Плюшка. Как нельзя лучше тебе подходит, сладкоежка. Град, как оказалось, весьма внимателен и фантазией не обделен.

— Знаешь что?

— Что?

Дыхание бессильно вырвалось из губ Ники.

— Готовь уже чай. И три ложки сахара мне положи.

— Слава Богу, ты передумала худеть!

Ника кисло улыбнулась.

— После утренней овсянки мой желудок начал революцию к концу первой пары. На третьей, я думала, он сам себя сожрет! Пришлось даже уйти с последней пары, — приврала немного, но все сошлось, как нельзя лучше.

— Тебе совершенно незачем худеть. Я клянусь тебе! Ну, хочешь, у Града спроси? Нику бросило в жар от одной мысли об этом.

— Ты с ума сошла! Как это я спрошу? Сережа, не думаешь ли ты, что у меня слишком большая задница?

Аля засмеялась, обнимая сестру за плечи.

— Какая же ты глупая, Ник.

— Спасибо! Очень приятно! Мало мне, что математик втоптал мою самооценку в пол. Еще дома такое выслушивать…

— Так ты из-за Ярового такая несчастная и злая?

— Угу, — скова соврала.

— Не обращай на него внимания. Он всех прессует. Это его жизненная неудовлетворенность. Видела, какой он никакой? И одинокий. Мне его даже жаль.

— А мне — нет. Ненавижу его!

— Бог с тобой, — прижала Нику крепче. — Он того не стоит.