Яма (СИ)

Моргнул, на повторе прокручивая ее слова только затем, чтобы осмыслить.

— Постарайся выражаться без матов. Никаких бейсболок. Требуется пристойный внешний вид, я тебе рубашку и брюки приготовила. Хотя, кто тебя не знает… — улыбнулась чересчур довольно, учитывая случившееся.

— Это все?

— А что еще?

— Не хочешь спросить, почему я его избил?

— Я уже знаю, почему. Алина Кузнецова к нам на кафедру заходила.

— И что? Все? Ты не собираешься выписать мне пиз… — не хватило выдержки, чтобы замыливать свое удивление приличными словами.

— А что не так с отцом?

— Да он меня за меньшее в бараний рог скручивал!

— Перегорело, видимо, пока ты изволил явиться.

— Да ни в жизнь!

""Это нахр*н невозможно!""

— Папа очень удивился тому, что ты защитил эту девушку. Не просто же подрался… Она тебе нравится?

— Не надо пороть чушь, — яростно возмутился, натыкаясь взглядом на странную улыбку матери.

Перевел взгляд на Леську, та тоже светила зубами во всю свою физическую возможность.

Порывало напомнить им всем, что у него-то, в отличие от них, железный иммунитет. Хотя они и без дополнительных уведомлений должны знать.

— Бл*дь… Напридумывали уже, да? Не кода, ладно? Она… Кузя — просто мой друг. Ничего такого… особенного, — самому же не понравились заминки и паузы между словами.

В обычном человеческом понимании они указывали на нечто большее.

Алеся кивнула. Двинувшись к выходу, за каким-то чертом притормозила около него. Тронула рукой предплечье.

— Любая страсть толкает на ошибки, на самые глупые толкает любовь[2].

— И к чему сейчас эта декламация? Вообще мимо. Прекращай лыбиться.

Леська с неким гребаным снисхождением, которое выказывала к Сергею лишь пару раз за всю жизнь, похлопала его по плечу.

— Зайду к тебе попозже.

— Не утруждайся. Ничего нового не раскопаешь. Ничего нет.

— Угу.

— Своему Славе будешь ""гукать"".

— Угу.

— Мам? Скажи ей что-то.

— Алеся, оставь брата, — вмешалась мать.

И тут же рассмеялась вместе с Леськой.

— Да идите вы…

***В комнату, после тихого четырехтактного стука, вошла Леська. Град поморщился и отложил на край стола тетрадь, которую до этого бездумно вертел в руках. Не прятал. Знал, что сестра без спросу не возьмет.