Яма (СИ)

Разбивая желтоватый уличный свет, медленно прошел освещенный участок и, не оглядываясь, снова скользнул в ночную дрему. Курил на ходу. Одной рукой удерживал сигарету, а вторую по привычке сжимал в кулак.

После разговора с отцом тело налилось непосильной тяжестью. Внутри него, безусловно, на полном обеспечении содержалась мощная внутренняя эскадра, которая помогала справиться со всем, что было и есть. Но… Можно забыть лица и голоса, мелкие детали, череду событий прошлого. Свои же ощущения забыть невозможно. Теперь он знал точно, они не отключились, только перешли в автономный режим, выжидая этот дурацкий случай, чтобы сбить с ног такой вот жгучей волной воспоминаний.

Если бы выбор был, он хотел бы никогда ее не знать.

Но выбора не было.

Градский ведь сначала даже не понял, по кому мать заходится восторженным соловьем.

— Хорошо, что ты взял девочку под свое крыло, Коль. Знаешь ведь, у нас ее все нахваливают. И перспективная, таких давно в университете не было. И приятная во всех отношениях: воспитанная, отзывчивая, милая.

Ее дипломная работа, по словам проректора, областной экономический переворот. Слышал, да, на защите присутствовало несколько руководителей предприятий? В новостях показывали. Мы уже втихую перешептываемся, ожидая диссертацию. Я плохо разбираюсь, но Виктория, как научный руководитель, прям восторгом захлебывается, когда о девочке соей говорит. А ты знаешь, она молодых не сильно жалует… Тем более тех, которые метят на ее место. Может, девочка еще передумает и к тебе в холдинг пойдет, как думаешь?

Прошло по касательной.

А потом вдруг срикошетило и дошло, куда надо: и в грудь, и в голову.

Он ведь тоже слышал тогда что-то о ней. О защите диплома, научных достижениях и бла-бла-бла… Тогда еще мелькнула мысль дурацкая, что она специально расстаралась, чтобы ему о себе напомнить. Дебил, ей Богу! Теперь-то понятно, что поср*ть ей на него.

""Мне с тобой детей не рожать…""

""Знаешь, сколько еще таких будет?""

Она замужем.

У нее своя семья.

У нее другой.

Человек, которого она любит… Которому теперь улыбается.

Он, должно быть, лучше всех…

Отболело. Справилась. Молодец.

А он — кет.

""Я думала, мы друзья…""

""…я хочу, чтобы ты тоже был только моим…""

""Я хочу, чтобы ты меня раздел, Сережа…""

""Се-рёжа…""

""Я тоже, Сережа, выше неба…""

""Меня тошнит от тебя, Градский!""

Шесть лет прошло, а ощущение, словно вчера все это происходило. Разве так бывает? Разве это нормально? Он стал другим.