Я, они и тьма

Небольшое ощущение приятного зуда, когда попадается сложная загадка.

Это сложная загадка молча смотрела вперед. Собранная, спокойная — ни беспокойства, ни нервов. Она все же едет во дворец, в котором часто бывала, работая на своего хозяина. Может, неприятные воспоминания ее расшевелят?

Дерек Ват Йет открыл дверь мобиля, приглашая ее выходить, а сам следил за каждым ее движением, за каждой напрягшейся мышцей. Может, теперь?..

Но — нет. Она была совершенно спокойна. Изумительный контроль. Повезло.

Дерек Ват Йет не стал дожидаться Сава и Малека.

Но их не было.

Девушка спокойно шла за ним, опустив голову вниз.

…

А во дворце тем временем творилось самое настоящее светопреставление.

В кабинете самого императора собрались только самые преданные и доверенные. Таких, к слову сказать, было немного. Дерека уже давно ждали и сразу же провели к императору. Впрочем, девушку, начальника ГУСа и сына императора тоже — Дерек ясно дал понять, что они с ним.

…С порога на Дерека обрушилась тишина — не было слышно даже дыхания. Безопасники, пара министров, казначей, еще кто-то… Все бледные, молчаливые — и император, который что-то быстро пишет серым грифелем на бумаге.

— Что? — чуть более громко, чем обычно, спросил Дерек Ват Йет. Император Пеор Вартари Тиройор — мужчина среднего роста, средней внешности и средних лет — сразу же поднялся и протянул Дереку гербовый квадратный лист красноватой бумаги — в Тирое такой бумаги не делали.

«Я расторгаю договор времен Дигоя в одностороннем порядке и требую вернуть наши исконные земли, все права на них, а также выплатить компенсацию за пользование ими. В ином случае ваша империя будет уничтожена.

Пилий Варатари Дигоная. Император Дигона».

Дерек Ват Йет, недолго думая, передал письмо Саву.

— Так значит, это они! Дигонцы! Они взорвали и магазин, и мое управление! …!

Сав был зол, и его резкая фразочка сняла молчаливое напряжение в императорском кабинете.

— Война! Они не имели права нарушать договор!

— Они не имели права вообще пересекать границы!

— Они убили наших людей!

— Призвать к ответу!

— Война!

— Нет.

Слово императора было сильным и увесистым. И очень, очень неожиданным. Он сложил перед собой исписанные листки и продолжил:

— Не будет войны. Мы отдадим земли Дигону, и на этом все закончится.

— Но земли… — несмело сказал кто-то, кажется, казначей.