Выбранный путь

"Тимофей Грехов

Ярар II. Выбранный путь

Глава 1

— Ярар, он твой дед! Неужели ты дашь ему умереть? — возмущенно спросил меня Талий.

— Троюродный! И, тем более, он жлоб каких ещё поискать нужно. Я назвал ему свою цену! Он не согласен и это его дело, — ответил я.

— Сын, ты не прав, — влезла в разговор Эмери. — Серек Де Тьер хороший человек. И если есть возможность помочь ему бесплатно, то почему бы и нет?

— Следуя твоей логике, мама, я также могу сказать и про себя. Я хороший человек, так почему бы мне не помочь? Бесплатно! Я хочу, чтобы он отдал мне металлургический завод.

— Разговорчики, юноша! — строгим тоном сказал Талий. — Прояви уважение! Серек воевал и не раз защищал честь рода. Не тебе его обзывать!

— Да Стихия с ним! Пусть хоть планету спасает. Но если хочет стать молодым, то пусть несёт дарственную на завод! И если вы начнёте давить, я и сегодняшних гостей не стану лечить!

А всё началось с того, что члены Совета, удостоверившись, что мой дар действительно возвращает молодость, и нет никаких пагубных последствий, разослали письма по всем своим знакомым и друзьям.

Ему писали абсолютно все! Даже царь Подгорного царства отметился, и прислал своего представителя. Правда не затем, чтобы подготовить место для прибытия своего государя, а для того чтобы доставить меня к нему.

Гном, имея невысокий рост, оказался напыщенной личностью с очень раздутым самомнением. Он не просил, а требовал! Талий уже собирался того поджарить, но вмешалась мама. Она запустила коротышку за крепостную стену, прямо в реку. И в тот же день через купцов Подгорному царю было отправлено сообщение о том, что он может забыть о молодости, и за это может сказать спасибо своему послу.

Через неделю Талию прислали статую, отлитую из золота, очень похожую на того посла. И внизу была надпись: «Посол очень раскаивается».

Наверное, только младшие не поняли, что статуя была не совсем статуей. Родители сильно разгневались за такой подарок и отослали её назад царю. Вместе с ней отправили черный листок бумаги. На языке дипломатии это значило, что переговоров не будет. Ведь на черной бумаге чернила не будут видны. То есть, договора не будет.

Такой вот метафорический способ общения.

Думая, что разговор с родителями закончился, я стал подниматься. Но меня остановила Эмери.