Братва

Но хоть бар «Вспомни былое» на Тома оформлен, а «Приют для друга» на Цыпу, доходы-то тебе идут.

– Ты про казино забыл.

– Нет. Но там я сам финансовый вопрос утрясу. Сомневаешься?

– Да нет... А как остальное прибрать к рукам думаешь?

– Самым простым и банальным... Ты малявы управляющим заведений черканешь с распоряжением отстегивать навар мне, пока ты отсутствуешь...

– Не смеши! Никто из моих ребят в эту туфту не поверит.

– А это и не требуется. Кто не поверит и начнет дергаться – последует прямиком за тобою! Большинство смирится, будь спок.

Или в преданность веришь? Тогда ты бык.

– Но это же несерьезно! Якобы я отказал все свои доходы тебе, своему служащему.

– Так считаешь? А по-моему, ничего странного тут нема. Я же, Монах, все заранее прикинул к носу. Не глупее тебя, волк тряпочный.

Я так рванул звякнувшие наручники, чуть не поверив, что их на самом деле можно порвать без помощи спецкусачек. Читал где-то, что разорвать такие стальные зажимы настоящие личности могут всего лишь мощным усилием воли.

Но сейчас окончательно убедился в полном несоответствии этой мульки действительности.

– Не кипятись, Монах. Это вредно для здоровья и совсем беспонтово в закоценном положении. А для кодлы твоей легенда заготовлена: ты куда-то слинял, лег на дно, так как сильно загрубил с «законниками» и опасаешься за целость своей шкуры. А покуда отсутствуешь, оставил меня управляющим всем хозяйством... По-моему, достаточно правдоподобно и логично! Ну, Цыпа в натуре не поверит. Предан тебе, как пес.

Так что составит любимому Монаху компанию в могилке, которая сейчас оперативно сооружается в сарае. Я велел поглубже рыть. По ходу, туда и Тома пристраивать придется... В тесноте, да не в обиде! Хо-хо! Зато втроем вам будет веселей топать из блатного в загробный мир. Ценишь мою заботу, а, Монах?

– Благодарю, Пашок! Твердо обещаю, если смогу, оказать тебе такую же милую услугу. Долг ведь платежом красен.

– Да ты шутник, как погляжу, – Беспредел удивленно вылупил на меня свои совиные буркалы, решая, возмутиться на наглую выходку или пропустить мимо ушей.

Остановился на последнем. – Ну, шуткай, дорогой покойничек, раз в кайф. Напоследок можно. Не возбраняю. Добрый я нынче прям до беспредела, хо-хо!"

"Я устало прикрыл глаза, прикидывая, есть ли смысл поторговаться с этой мразью, возомнившей себя князем. Но из дегенерата никогда не выйдет аристократа. Решил все-таки прощупать почву:

– Пашок, ты же в курсе – жадность фраера погубит.