Я. Хочу. Тебя.

Пользоваться тем, что многоразового использования. Даже пар сбросить об такое тело, в котором куча херов до тебя перебывало, противно.

Блевать аж тянет.

Машу рукой на молодых.

Да.

Привык, что все мое должно только моим быть. И женщина и территория. Не терплю, чтобы кто-то следил там, где я живу.

Но хрен с ними. Пусть посидят. Один раз можно позволить. А завтра. Завтра разнос охране устрою по полной программе. И реально прикажу, чтобы собаки мои по территории ходили. Какого хрена кто угодно пролазить может? С каких херов я их кормлю тогда?

Но сейчас слишком клокочет внутри.

Если рванусь, что к детворе, что к охране, разнесу на хрен в клочья.

Сегодняшняя ночь предполагала только бой между братьями-врагами. Но никак не гору трупов! Один уже и без того есть. Мой гелик. Так что хватит.

А завтра…

Завтра я найду свою чертовку!

Весь клуб и окрестности на хрен переверну, но найду! Я своего еще никогда из рук не выпускал.

И накажу.

Блядь, как же сладко я буду тебя наказывать, зеленоглазка! Орать и умолять будешь!

Но не остановлюсь.

Обхожу кусты и пеленой глаза накрывает.

Ни хрена не вижу.

Кроме…

Кроме длинных черных волос, что разметались прямо на траве.

И оголенных бедер, что дергаются под каким-то упырем.

Запах. Ее запах я не спутаю ни с одним другим. Я за километры его бы услышал!

И услышал же. Не от вида парочек меня же накрыло , как только в парк вошел! Ни хрена. Просто решил, что воспоминанием и запахом несмытым с руки прожгло.

Рычу. Тело само дергается вперед.

Один взмах – и мудак отлетает в сторону.

Блядь. Она.

Распласталась на траве. В разодранном на хрен по самое некуда платье.

Тяжело дышит. На локти приподнимается. Смотрит на меня с ужасом, как будто перед ней ангел смерти, не иначе. И отползти, прямо так, не поднимая сладкой задницы от травы, пытается.

Стою.

Даже глаза прикрываю.

Кулаки приходится сжимать и разжимать.

Иначе, блядь, не только платье. Сейчас от обоих останутся только жалкие клочки. Ошметки.

– Куда?!

Перехватываю за плечо, как только чувствую, что способен видеть что-то кроме накрывшей меня красной пелены перед глазами.

Замирает.

Блядь.

Ровно в самой удобной позе.

Ее лицо как раз у моего члена.

Жаркое дыхание девчонки лупит по нему прямо через штаны.

И меня накрывает опять.

Еще сильнее.

Еще крепче.

Только теперь уже другим…

Блядь.

Намотать бы сейчас ее волосы на кулак.

Запрокинуть лицо так, чтобы прямо в глаза мне глазищами своими крышесносными сверкала.