Бесконечность любви, бесконечность печали.

Что ж ты раньше не позвонила? Я еду! Я быстро! Запри дверь и никого не впускай!.. - в трубке послышался какой-то гро­хот.- ...Телефон уронил! Сейчас...Уже оделся...Вызову такси и тебе перезвоню!

Дрожа всем телом, Кира закуталась в одеяло, вся съежилась и стала ждать.

- ...Бегу вниз... - сквозь слышимый в трубке топот вскоре отчи­тался Артем. - Сказали - пять минут... Лифт, как назло, не работа­ет... Ты как?

- Никак, - всхлипнула девушка. - Страшно.

- А что с мамой случилось? Почему мне не сообщила?

- А ты почему не позвонил? Не видел, как я психовала?

- Так ведь я не понял, что случилось.

- Уже еду! - доложил Кире и продолжил: - Едва тебя догнал, а ты села в машину и умчалась. Бросила одного, под дождем...

- Я...я торопилась к маме! - тут же сориентировалась по ситуа­ции Кира. - Просто не могла тебе объяснить, но меня словно что- то толкало внутри: домой! Приехала, зашла переодеться, потом спустилась, а она лежит, - и снова разревелась.

Но уже не от страха. Скорее, осознав, что ее рассказ выглядит более чем правдоподобно, она вошла в образ горюющей дочери и заплакала от жалости. К самой себе.

- Прости, родная! - в голосе Артема послышалось отчаяние. - Прости, я виноват. Зря не поехал следом, не позвонил раньше!

- Конечно! В это время ты, наверное, уплетал за обе щеки торт, - уколола его Кира. - Для тебя вчера важнее всего была та женщина м... ее сын. Разве я не права?

Молодой человек только сокрушенно вздохнул в ответ.

- Уплетал торт, радовался, смеялся... А я... В больницу за ско­рой... Врачи сказали, до утра может не дожить... Ма-моч-ка-а-а-а... завыла она.

- Кира, родная моя, не плачь! Прости, прости!.. Не плачь, род­ная!.. Я скоро... Эх, батарея садится! - с досадой сообщил он. - За­был телефон на подзарядку поставить! Подъеду - сразу наберу. Жди!

«Куда ж я денусь?» - шмыгнула она носом и тупо уставилась в стену напротив."

"Сколько она так просидела, не известно. Показалось, что долго, даже задремать успела.

- Я внизу, у калитки! - отрапортовал в трубку Артем. - Откры­вай и ничего не бойся. Я попросил таксиста подождать, пока не удостоверюсь, что в доме все в порядке.

- Хорошо.

Отодвинув кресло, Кира приоткрыла дверь и выглянула в зали­тый электрическим и солнечным светом холл второго этажа.

«Теперь хоть высплюсь, - подумала она, спускаясь по лестнице.

- Пусть сторожит мой сон.