Бесконечность любви, бесконечность печали.

Кира, которую знали Людмила Семеновна и ее ближайшее окружение, и та, которой она была на самом деле, были как две стороны Луны: видимая - кроткая, ласковая, прилежная; невиди­мая - хитрая, изворотливая, остервенелая от скопившихся обиды и злости.

И все же Кире с годами жить стало легче и комфортнее. Вос­пользовавшись тем, что Терентьева выгнали с работы за пьянку, мать посчитала нужным очистить квартиру от деструктивного элемента и сослала его на строительство дома в качестве сторожа. Так что у дочери наконец-то появилась своя комната, где можно укрыться от бдительного ока матери и под видом учебы надолго зависнуть в Интернете.

Когда же отец преставился «в ссылке» от перепоя, дочь восприняла его смерть равнодушно, на похоронах слезинки не проронила. С чего бы ей плакать? Ну умер и умер. Буд­то и не было его.

К окончанию университета Кира уже не боялась ни гнева ро­дительницы, ни наказания - научилась манипулировать ее по­ведением. Из всего можно извлечь пользу, главное - не перечить открыто. К примеру, можно испечь проклятое печенье, чтобы тут же пожаловаться: набираю вес, нужно срочно заняться фигурой.

А где это сделать, как не в самом дорогом фитнес-центре города? И с солидным, состоятельным женихом там можно познакомиться.

Для матери этого аргумента оказалось достаточно, чтобы во­прос с покупкой абонемента решился в пользу дочери. То, что выдаст Киру замуж только за обеспеченного человека, Людмила Семеновна и не скрывала. Особенно после ее институтской ин­трижки с «гениальным оборванцем», как она окрестила Артема.

А уж о том, чтобы та выла замуж по любви, и слушать не хотела."

"Пожалуй, в этом единственном мать и дочь находили консенсус. Но сверхбдительная Людмила Семеновна даже не догадывалась, что поисками потенциального жениха Кира занялась уже давно, еще со второго курса. Правда, не ради семейной жизни, так как за­муж пока не хотела, а исключительно для того, чтобы стать мате­риально независимой. Мать постоянно попрекала ее деньгами, об­зывала транжирой и в любой момент могла лишить содержания.

Отчасти она права: маникюры, педикюры, массажи и фитнесы в хороших салонах стоили дорого. А плохих, то есть дешевых, Кира позволить себе не могла - она привыкла выглядеть лучше других, на все сто! Потому возраст ухажера ее не волновал, лишь бы соот­ветствовал материально.

Первым, на кого она тогда обратила внимание, был немоло­дой преподаватель, который похоронил жену и жил то в большой квартире в центре города, то в коттедже, подаренном дочерью.