Бесконечность любви, бесконечность печали.

Спасибо, - поблагодарила она и достала из кармана ключи.

Надо было торопиться.

Переступив порог, Лера быстро зашагала к окну, словно не подворачивала ногу и не стонала от боли несколько минут назад. Раздвинув жалюзи, выглянула в окно.

-      Так кого ты хочешь навестить? - спросила она, явно кого-то высматривая.

-      Это неважно, - он начинал понимать, что «вывих» был удачно разыгранной сценой.

Ничего не изменилось. Лера осталась Лерой.

-      Не эту ли барышню? - показала она взглядом в окно. - Ты подойди, подойди.

Вадим не отреагировал. Ему захотелось поскорее выйти из кабинета и закрыть за собой дверь, чтобы не видеть, не слышать эту женщину.

-      Лера, дай мне халат, - глухо попросил он, - и я пойду.

-      Спешишь, понимаю... Боже, Вадим! Неужели ты влюбился? К своей Проскуриной бежишь? Только она не твоя. Иди же полюбуйся...

-      Тебя это не касается! Дай халат.

-       уверен, что она тебя ждет? Ай-яй-яй! - саркастически рассмеялась Валерия, но вдруг брезгливо поморщилась: - Идиот ты, Ладышев! Каким был, таким и остался.

Последняя фраза сделала свое дело. Сила сопротивления каверзам этой женщины ослабла, дала возможность взять верх другой силе - неверия ее словам. Она и подтолкнула Вадима к окну..."

"То, что он увидел, было... неправдой. Катя шла под руку... с Генрихом. Он сразу узнал обоих! Вот они остановились, вот она обернулась, посмотрела наверх, задержала взгляд на окне.

«Вениамин Потюня», - вспомнил он, как тот представился когда-то.

-      Смотри, смотри: радость, улыбки, цветы... Все, как положено в день влюбленных, - меж тем презрительно комментировала Леж-иивец. - Только так встречают любимую женщину, носящую под сердцем ребенка. Заметь: не твоего, - безжалостно добавила она.

«Какого ребенка?.

Казалось, сознание было не в силах свести воедино происходящее на дорожке перед больницей и в кабинете.

-      Да, да, Екатерина Проскурина поступила в больницу на втором месяце беременности с угрозой выкидыша. Молодой человек, который рядом с ней, является отцом ребенка. Генрих... - попыталась она вспомнить фамилию.

-      Вессенберг, - чуть слышно произнес Вадим.

-      Верно. Генрих Вессенберг.