Бесконечность любви, бесконечность печали.

-      Плохо вы меня знаете! Я даже могу сказать, с чем она там лежит!

-      И с чем? - Поляченко насторожился. Задания узнать диагноз ему не давали, а сам он не догадался поинтересоваться. Получил сведения, в каком отделении, и успокоился. Жаль, конечно: вдруг в этом кроется причина ее исчезновения? - И с чем таким она лежит и гинекологии? - осознанно выдал он свою осведомленность.

-      Так вы тоже знаете, где она? - поняла Зина и приуныла: - А я-то возомнила, что мы вместе, заодно.

-      Вместе, - успокоил он.

-      Ура! - обрадовалась она. - Если он уже там - не обижаюсь. Главное, чтобы они помирились.

-      Согласен. Так с каким диагнозом лежит Проскурина?

-      А вы не знаете?! - до Зины дошло, что в чем-то она преуспела больше начальника отдела безопасности.

-      Знал бы, не спрашивал.

-      Катя беременна! Как вы думаете, кто отец ребенка?

Услышав новость, Поляченко сразу и не сообразил, обрадовался

он или огорчился. Слишком важная информация, и жаль, что шеф об этом не знает.

«Хотя... - бросил он взгляд на охапку свежих роз на соседнем сиденье, - это уже ничего не изменит. Разве что ускорит дело».

-      Я так понимаю...

-      Ничего вы не понимаете! Мы с вами оба здесь шефа обхаживаем, а Катю в больнице даже не навещал никто! Пакетика яблок никто не принес! - в сердцах повторила она слова Маринки.

-      Да... Некрасиво получилось, - сворачивая в улочку, ведущую к больнице, согласился Поляченко. - Но кто же знал? Отчасти в этом виновата сама Екатерина Александровна.

-      Ни в чем она не виновата! - встала на защиту Проскуриной Зина. - Женщина в таком состоянии способна думать лишь о ребенке! Впрочем, откуда вам знать? Беременным вы никогда не были и не будете.

-      А вот в этом вы абсолютно правы.

-      А-а-а-а! Как здорово! - завопила Зина, словно цветы предназначались ей. - Ура!!! Я так и знала, что этим все закончится! Была уверена! И как символично: именно в день влюбленных! Какой же вы умница, Андрей Леонидович! - в трубке раздался звонкий чмок.