Бесконечность любви, бесконечность печали.

-      Звук был отключен, - пояснил он. - Зря всполошились.

-      Зря не зря, но проверить следовало. Как себя чувствуете? спросил Андрей Леонидович, всматриваясь лицо шефа.

Выглядел тот неважно: растрепанные волосы, помятая физиономия, покрасневшие глаза.

-      Может, прилягте, я чаю согрею, - чувствуя некоторую неловкость, предложил Поляченко.

-      Спасибо, до чайника как-нибудь сам доберусь, - попытался улыбнуться Ладышев и, тоже ощутив некоторое смущение, поправил полу халата и туже затянул пояс. - Извините, что в таком виде, гостей не ждал.

Хотя... раз уж приехали, по всем законам гостеприимства давайте пить чай. И вы согреетесь, и мне не помешает, отодвинул он дверцу шкафа в прихожей.

-      Спасибо!

Гость прошел на кухню следом за хозяином, неуверенная походка которого бросалась в глаза.

-      Вадим Сергеевич, давайте я чай приготовлю. Если позволите, конечно.

-      Пожалуй, позволю, - неожиданно согласился хозяин.

-      При желании можете пока прилечь на диван. Я только Зине позвоню, успокою.

И подскажите, где у вас заварка.

-      В шкафчике, справа от мойки, - Ладышев, шаркая шлепанцами, поплелся к дивану.

Включив чайник, Поляченко достал банку с чаем, сполоснул стоявший в мойке заварник и, заглянув в глубину гостиной, набрал Зину.

-      Да, я. Все в порядке, жив наш шеф... - прижал он трубку плечом к уху. - ...А потому, что кто-то выключил звук в телефоне... Вот тебе и «ой»... Температура, по виду, есть... Да, сейчас, - повернулся он к столу, на котором лежал пакет с лекарствами.

- Повтори... -попросил, перекладывая упаковки. - Нашел... Понял: одну таблет-ку. Что еще?

Выслушав очередное указание, Андрей Леонидович переместил трубку к другому уху, достал порошок, растворил его в стакане. Зажав в ладони две пилюли и прихватив стакан с водой, пошел к больному. Под негромкое бухтение телевизора тот, натянув на себя плед, казалось, спал. Но стоило Поляченко приблизиться, тут же открыл глаза и виновато улыбнулся:

-      Кажется, дреманул. Долго я спал?

-      Пять минут.

Вот, Вадим Сергеевич, придется принять, - вздохнул Поляченко и пояснил: - Зина на связи, угрожает: если откажетесь, то вызовет такси и примчится сюда.

-      Делать ей нечего! - проворчал Ладышев, присел и взял в руки стакан. - Не помню, когда так болел, - словно извинился он, залпом выпил растворенный порошок, следом таблетки. - Температуру приказала измерить?

-      Приказала. Где термометр? Вы позволите?

-      В спальне на тумбочке...