Я его достану!

Ноздри сразу защипало от мороза. — Все-таки за городом совсем по-другому дышится. У нас снег не может долго оставаться таким белым. — Ай!

Я взвизгнула: кожу пронзили тысячи льдинок. Попыталась было отряхнуться, ругаясь, быстро расстегнула куртку, дернулась — снег коснулся поясницы и застрял на поясе джинсов.

— Ну ты совсем?!. — Я крутилась на месте, пытаясь избавиться от колючего холода на коже.

Сильные руки остановили меня, быстро приподняли сзади свитер, и я почувствовала уже приятный холод на коже: снега на мне больше не было.

— Прости, прости… — Теплые губы защекотали раскрасневшуюся щеку. — Дурацкая шутка. Но ты так мило ругаешься.

— Мило? — Я толкнула Кощея в грудь. — Давай я тебе тоже за шкирку снег засуну!

— Давай!

Он широко улыбнулся, в глазах заплясали черти, я не могла отвести от него взгляда. Такой красивый, умный, сильный. Мой! И не обстрелянный еще снежками. Руки сами потянулись к сугробу под ногами…

— Ну ты как? Нормально? У меня уже варежки мокрые. Я больше не могу!

— Все? Выдохлась, значит?

Я посмотрела на Бессмертного.

— Вообще, боюсь, что ты можешь заболеть, — призналась я. — Все-таки мороз серьезный, я несколько перестаралась.

— Стыдно? — усмехнулся Бессмертный.

— Нет. Ты ведь мог меня остановить в любой момент. А раз этого не сделал, значит, тебя все устраивало.

— Все так. — Олег удовлетворенно кивнул.

Я сразу вспомнила Елисеева — окажись он на месте Кощея, скорее всего, уже сказал бы мне, что это я буду виновата, если он хотя бы раз чихнет.

— Пойдем в дом. Надо согреться.

— Как скажешь. Вась, в соседнем поселке есть большой склон, с него можно на тюбинге скатываться. Хочешь?

Олег, безусловно, был сторонником активного отдыха, но я свою норму сегодня уже перевыполнила: обстрел снежками взрослого мужчины — занятие энергозатратное.

— В дом хочу! Греться.

И, не дожидаясь ответа Олега, я побежала к коттеджу."

"Бессмертный быстро догнал меня, снял с пальцев мокрую варежку и сжал горячей ладонью мою руку. По коже сразу побежало тепло. Голова немного кружилась: то ли от перенасыщения кислородом, то ли от усталости, которая чувствовалась в теле, то ли от какого-то ошалелого состояния счастья.