Я б ему... дала

Любые расходы и причуды! Мы же все обсудили!

– Ты обсудил! Сам с собой.

– Не важно!

– Важно! Я не сказала «да»! Я тебе вообще ничего не обещала.

– Даша! – князь стиснул зубы, видимо, проглотил фразу, которая рвалась из него. Потом продолжил: – Ты понимаешь, что для беременности в Питере условия намного лучше?

– А ты не заметил, что я уже, того, – выпятила живот.

– Для ожидания родов тоже!

– Не поверишь, но и у нас есть врачи. У меня лучший гинеколог города.

– Это мои дети! Я за них отвечаю и не хочу, чтобы здесь с ними что-нибудь случилось.

– А ничего, что у них есть мать?

– А ещё у них есть отец.

Мы спорили, словно женатые уже лет десять муж и жена. У Дамира, казалось, даже белки глаз покраснели. Как у быка на корриде. А я чувствовала, как еще чуть-чуть, и из ушей повалит пар.

– Никто и не думал лишать тебя прав на них, – я попыталась сбавить градус накала.

– Даш, я не накатаюсь туда-сюда! Я не бухгалтер и не водитель. У меня штат три сотни, и босс им нужен каждый день. Можешь ты это понять?

– Так, а разве я просила тебя об этом?"

"Тут уже даже моего бухгалтерского мозга было мало.

Нет! Не понимала!

– Да какая разница, просила ты или нет?!

Туча стала темнее. В любой момент могли полететь молнии.

Еще больше теряясь в догадках, я в ответ только захлопала ресницами. Видимо, включилась вентиляция мозга.

– Даш... – Дамир закрыл глаза. – Мне же тоже интересно знать, как они там растут.

Он уже не ревел медведем. Запал прошел. И теперь просто говорил. Как обычный человек. Ртом. Только вещи, о которых я и не думала.

– Тебе интересно?.. Это?..

Я клялась себе не расплакаться. Я почти вернула управление над мозгом, но эта скотина, этот дуболом без совести и чести... он меня в Ниагару превращал!

– Да. Представь себе.

Взлохматив свои короткие волосы, Дамир притянул меня к груди.

– Это...

– Мм?

– Я тебе утром кое-что обещала, – голос уже хрипел.

– Что?

– Предупредить, если опять начнется.

– Что начнется? – мой умный понятливый мужчина жестоко тормозил.

– Не что, а опять.

Абашев по-собачьи склонил голову, непонимающе уставился мне в глаза. Но для долгих объяснений было уже поздно.

– А сейчас слезы! – только и успела я произнести кодовую фразу, а потом в два ручья принялась заливать многострадальную рубашку.

Глава 21.