И телом и душой

Все это с трудом, потому что пальцы не слушались.

— Ну а сейчас… — Должно быть, Пирз справился-таки с джинсами, потому что теперь он стоял у нее за спиной. Девушка ощущала его горячее дыхание. — Чем бы нам поразвлечься, чтобы убить время?

— Понятия не имею… — Голос ее сорвался словно у перепуганной девочки-подростка.

— Поиграем в “вопрос-ответ”? — вкрадчиво предложил Пирз. — Ты так и не рассказала, зачем рылась в столе Джералда, Селина изменилась — в лице, и Пирз расхохотался: — А ты думала, я забыл? Что до попытки соблазнить дядю, тут ты оправдана, но прочие обвинения остаются в силе…

— Я полагала, в этой стране действует презумпция невиновности, — возмутилась Селина.

Как она ненавидела этот его испытующий взгляд… и себя тоже — за то, что не в силах опровергнуть обвинения, бросить ему в лицо правду. Но как признаться, что она — дочь той ужасной женщины, которая обвела его вокруг пальца, а затем жестоко унизила?

— Конечно, действует. Но мне как-то не верится, что ты и впрямь чиста и невинна, дорогая моя!

Двусмысленное замечание задело девушку за живое.

Да как он смеет бросать тень на ее нравственность… Можно подумать, что сам он непорочен и чист словно свежевыпавший снег!

Селина привычно вздернула подбородок.

— В наши дни в плане сексуального опыта женщины пользуются свободой наравне с мужчинами!

— О да, но опыт бывает разным… Послушай, Селина, может, перескажем друг другу свои приключения? Глядишь, время и пройдет…

Пирз явно полагал, что в сексуальном плане ему равных нет!

— Предпочитаю поспать, — отозвалась она.

 — Я устала, проголодалась, а поскольку ждать нам еще долго, ничего разумнее придумать не могу… И уж конечно, сон куда приятнее…

— …Чем мое общество? — докончил Пирз, закусив губу. — Разумеется, поспи. Я, пожалуй, последую твоему примеру. Смена часовых поясов все еще дает о себе знать.

Пирз подобрал дождевик и расстелил его на сене мокрой стороной вниз. А ведь вид у него и впрямь изможденный, непроизвольно отметила Селина, искоса поглядывая на молодого человека.

Загорелый, атлетически сложенный, под кожей перекатываются мускулы… Из одежды на нем остались лишь темные трусы, но элегантен, будто щеголяет в костюме от Кардена. Неужели ей придется лечь рядом? Девушка внутренне напряглась, гоня прочь запретное видение. Но тут Пирз торжественно возвестил:

— Ложе готово, мэм!

Что ей оставалось делать? Если она откажется разделить с ним импровизированную постель, Пирз забросает ее вопросами, на которые у нее нет ответа.