Группа особого резерва

Эта накладка стала первой за все время операции.

Курдюмов почувствовал себя в лифте, который вылетел из шахты. Вот-вот полетит вниз, и хорошо, если снова попадет в шахту… Закаленный в боях, он покрылся холодным потом. И напрасно жал на гашетки – пулемет заглох.

– Сука! – выругался он. – Заглох, падла!

Этого стоило ожидать.

Зверев в отличие от товарища остался спокоен. Все шло гладко. Именно гладь вызывала в груди легкую тревогу. Как военный вертолетчик, он знал о ненадежности «чейнгана». В него был заложен мизерный ресурс – всего двенадцать тысяч выстрелов на отказ.

Но хорошо, что сегодня он выдал стандартную цифру: больше пятисот выстрелов.

Он глянул на Курдюмова снисходительно и бросил под нос:

– Учись, сынок.

Поймав повторный жест Верестникова, недоуменно пожал плечами:

– Куда торопится полковник? Они все равно наши. Им некуда бежать."

"Он невольно зажмурился – когда в двадцати метрах впереди разлетелось от выстрела еще одно стекло. Не напрягая воображение, он представил себе людей, с отчаянья палящих из ружей в вертолет.

Это означало конец в полном смысле этого слова. Марковцев, о котором в восторженных тонах отзывался Верестников, истратил все аргументы. Его выстрелы дробью – это своеобразный мат. Он кроет им небо, стреляет во всевышнего, прости господи. Зверев взял ответственность за окончание операции на себя. Полковнику достанутся только трупы. К тому же у него не было выбора. Верестников продолжал торопить его. Да и Марковцев выступил в роли целеуказателя: ружейными выстрелами он показал, в каком месте огромного ангара он находится.

Зверев и без Курдюмова мог вести стрельбу ракетами из стрелково-пушечных контейнеров с помощью автоматического прицела «АСП-17В». Аппаратура управления стрельбой позволяла стрелять залпами из каждого блока. Зверев, создав еще и крен, отсалютовал Марковцеву восемью ракетами сразу.

Марк успел крикнуть Адаму:

– Попрощайся и с заправщиком тоже!

Он открыл дверь и вытолкнул Катю наружу. Едва он и Адам выскочили из ангара, сверху раздалось характерное шипенье пущенных ракет.

– Ложись!

Марку снова пришлось применить силу. Он упал на Катю, закрывая ее своим телом.

«Нары» пошли красиво, оставляя после себя неповторимый дымный след. Они ворвались в приготовленную в окнах брешь, не потревожив ни одного торчавшего осколка. А дальше путь их лежал к десяти тоннам керосина. Они воспламенили горючее в одно мгновенье, создавая мощную взрывную волну, и большая ее часть нашла выход через окна.