Гремучий ручей

Фон Клейст с ведьмой тоже рыщут. В поисках своих потерянных игрушек. У каждого своя игрушка. Одна безвозвратно сломанная, а вторая похищенная. Сломался ли Митяй? Понять сейчас сложно. Таня очень надеялась, что нет, но понимала: держится он сейчас исключительно на одной лишь ярости. Сил у него меньше, чем у котенка. В каком-то смысле он для них обуза. Без него было бы быстрее и легче. Вот только затевалось это все ради него! И было бы глупо остаться в усадьбе и попасться во второй раз. Но здесь в заложниках у фон Клейстов окажутся бабушка, тетя Шура и ребята.

Наверное, Всеволод научился читать мысли, потому что сказал зло и решительно:

– Даже не думай!

– Я без бабушки не уйду, а всем нам оставаться глупо.

– Глупо тут подыхать, – прохрипел Митяй. – Ты, Танька, не думай, я не такой… Я вернусь и разберусь с этим упырем.

– От блондинчика слышу, – буркнул Всеволод, а потом в упор посмотрел на Татьяну, сказал решительно: – Вы будете выбираться вдвоем. Не спорь! – Он предупреждающе вскинул руку.

"– У меня там мамка, – просипел протестующе Митяй. – Ты думаешь, я мамку им оставлю? Ты такой дурак, да?

– Митя… – начала Таня и замолчала. Как о таком сказать? Подходящего момента никогда не будет, но сейчас… – Митя, твоя мама…

– Нет… – Митяй отступил на шаг и яростно замотал головой.

Он все понял. Понял или знал с самого начала – чувствовал. Ведь была у них с Зосей какая-то связь. Снился ведь он ей, а во снах рассказывал, где его держат. А если это не сны были? Если та самая невидимая ниточка?..

– Митя, мне очень жаль. – Глупо, банально, беспомощно.