Грань Теней

Даже не отрезан, а отхвачен неровным куском, так, что с правого бока свисал длиннее, чем с левого.

Стоя спиной ко мне и широко расставив ноги, Ксеня раз за разом швыряла свой аканар в ствол, с таким ожесточением, словно целилась в смертельного врага.

— Ксеня, — тихо позвала я.

Она резко обернулась, и я опешила от темной злобы в лице подруги. Глаза прищурены, губы сжаты в одну тонкую линию… В какой-то момент мне даже показалось, что миг — и клинок полетит в меня…

Но нет. Ксеня выдохнула и даже улыбнулась, снова став прежней собой, а не страшной незнакомкой.

— Ты хоть спала? — спросила я, поднимаясь, — и что ты сделала с платьем?

— Мне было неудобно в длинном, — поморщилась девушка, — волочится по земле, мешает…Верно, это нарочно придумали, обряжать женщин в такие платья, чтобы нас легче ловить было!

Я хмыкнула. Как-то никогда об этом не задумывалась. Да уж, видели бы наши настоятельницы сейчас Ксеню… Такой не то что, палкой по пальцам, к такой, и подойти-то страшно!

Я осмотрелась.

— Схожу к роднику, умоюсь, — я потянулась, разминая тяжелое после сна тело.

Ксеня кивнула и снова повернулась к сухому стволу. Аканар разрезал воздух. Я еще миг постояла, глядя на тонкую напряженную спину, обтянутую зеленой тканью. И пошла потихоньку в лес, кусая губы и сглатывая комок в горле.

Эххо налетел порывом, растрепал мне волосы и взметнул подол.

Солнышко только- только встало и еще не грело, в лесу было зябко. Я дошла до родника и торопливо побрызгала в лицо ледяной водой, потом напилась, чувствуя, как сводит зубы. Коварный Эххо неслышно подкрался к самому бережку и сделал свое любимое: ударил по студеной воде воздушной лапой, издав звонкое «плюх!» и окатив меня каплями! Я рассмеялась, и настроение сразу улучшилось.

— Безобразник! — воскликнула я и тоже плюхнула водой. Но что мои проказы для ветра? Фьють, и нет его! Несется уже по верхушкам деревьев, скидывая оттуда мне на голову сухие листья!

Ах так!

Я потянула невидимую петлю, притягивая Эххо к себе. Он уперся, завертелся вихрем вокруг березы.