Горькая полынь моей памяти

– Эй, подружка, я сам должен всё сделать, или ты присоединишься? – шутливо проговорил мужчина. Карима одёрнула себя. Уставилась она! Тут же принялась за работу, сосредоточенно смотря куда угодно, только не на мужчину. Почему-то фраза, со смехом брошенная Равилем, заставила девушку задохнуться.

«Сам должен всё сделать, или ты присоединишься». Где только нахваталась такой пошлости…

Зачем он пришёл, честное слово! Одно мучение… И стыдно, и отчего-то страшно, и хочется дать стрекача, спрятаться в своей комнате, завернуться в одеяло с головой, забиться в угол кровати, там-то её прожигающий карий взгляд не достанет.

Карима не смотрела на Равиля, сосредоточенно вырывала траву, кажется, пару раз с культурными растениями. Что это было? Салат же, кажется, или свёкла, а может и морковь. Всё из головы вышибло, осталось только странное ощущение от того, что рядом, совсем-совсем рядом мужчина, и словно ожоги на пальцах остаются, когда их руки соприкасаются.

Как всё стремительно изменилось. Ещё год назад Карима забралась на яблоню, стряхивая остатки плодов, а обратно испугалась спускаться, разревелась.

Алсу побежала за отцом, из дома в это время вышел Равиль и стащил несчастную с дерева. Причём подхватил за талию, крепко сжал, потом руки скользнули по рёбрам, аж больно стало. Карима завизжала, Равиль недовольно тряхнул девушку и приказал: «А ну-ка не вертись, подружка!», та замерла, только губы сжала от недовольства. Больно же! А что скажешь? С дерева стащил? Спасибо! Сейчас бы Карима предпочла умереть на том дереве, честное слово.

Глаза поднять на помогающего было страшно, ещё больше стыдно. Зачем поднимать, Карима и так знала, как Равиль Юнусов выглядит. Высокий, выше её отца, широкоплечий, мускулистый. Сейчас на нём строгие брюки, будто на работу собрался, рубашка с коротким рукавом, видны руки с выступающими, рельефными мышцами. Волосы на руках, тёмные…

Равиль Юнусов отличался ото всех, кого знала Карима, если не считать Юнусова-старшего, конечно. Жгучий брюнет с немного резкими, тем не менее, приятными чертами лица.

Иногда он казался красивым, а иногда пугающе отталкивающим. Дело не в том, что в окружении девушки не было брюнетов, были. Каких только кровей не намешано в средней полосе России, кто только не живёт. Наполовину татарином, наполовину турком никого не удивишь. У Каримы и чернокожий одноклассник имелся. Строго говоря, он метис, но на общем фоне русоволосых и светлокожих однокашников сильно выделялся.