Горький ветер свободы

– Я хотела, чтобы вы все это знали, донья Сандра. Но вам не стоит беспокоиться. Да, на каком-то этапе я действительно собиралась предложить вам более близкие отношения. Но не теперь. Не после того, как увидела вас вместе с Данте. Тут все слишком очевидно. Ваша преданность, ваша забота, готовность простить ему все, что угодно, да просто то, как вы на него смотрите, – все это говорит само за себя. Я понимаю, что ваше сердце занято, и не стану вмешиваться там, где все равно опоздала. Хотя скажу прямо: при иных обстоятельствах я бы поборолась с Данте за вашу симпатию.

Вот теперь она дала понять, что договорила.

– Донья Эльнора, – выдохнула я, – мне в самом деле очень неловко, но я буду честна. Как вы справедливо заметили, мои предпочтения в делах любви отличаются от ваших. И я почти готова сказать «к сожалению». Поскольку, честное слово, во многом вы могли бы дать фору всем знакомым мне мужчинам. Вы действительно внушаете восхищение. И, право, хоть вы и дали объяснение своему ко мне отношению, я по-прежнему считаю его совершенно незаслуженным.

Безусловно, я никак не могла ответить на чувства Эльноры. И тем не менее восхищения в моих глазах было сейчас, наверное, не меньше, чем в ее собственных.

– Было бы странно, если бы вы сказали иначе, – проницательно улыбнулась Эльнора. – Что ж, благодарю вас за комплимент. И простите, если я вас ненароком шокировала. Если когда-нибудь вам понадобится помощь, знайте, что у вас есть здесь надежный друг.

Я искренне ее поблагодарила.

Рассказывать о состоявшемся между нами разговоре Данте я сочла нецелесообразным.

Глава 6

Стоя у окна, я еще раз подняла камень повыше и осмотрела его в солнечном свете. Изъян определенно есть, пусть и небольшой, но мощность все же будет не та. Вернувшись к столу, я взялась за перо. Ладно, опишем все как есть, а дальше пускай у Фредиэно болит голова, какую именно назначать цену.

– Привет! – В дверном проеме появилась фигура Ренцо.

– Привет.

Я улыбнулась и призывно махнула рукой. Ренцо вошел.

– Хочешь чаю? – Я повернулась к подносу, на котором стоял заварочный чайник с узким горлышком и, помимо моей чашки, всегда имелась на всякий случай еще одна, чистая.

– Нет, – отказался Ренцо. – Забежал на минутку.

По правде сказать, я испытала облегчение. К тому моменту я уже осознавала, что окончательно запуталась в своих отношениях.