Горький ветер свободы

Улыбка на лице Эльноры стала более веселой.

– Я действительно уверена в себе – в большинстве случаев, – подтвердила она. – Но это не означает, что я не знаю сомнений. Я ведь все-таки живой человек, хоть и самодостаточный.

Тут мне нечего было возразить, да она и не ждала от меня возражений.

– Словом, возвращаясь к делу… Донья Сандра, если вы помните, несколько дней назад я отказала дону Данте, великодушно предложившему мне стать его женой.

Я утвердительно кивнула.

– Вы спросили тогда, в чем заключается причина такого решения.

Я прочитала вам целую лекцию, – Эльнора усмехнулась, – и по-прежнему готова настаивать на каждом своем слове. Но дело в том, что я рассказала тогда не все.

Я продолжала внимательно и вежливо слушать. Не скрою, ее слова разжигали любопытство. Но, с другой стороны, она имела полное право держать свои причины при себе. Ничто не обязывало Эльнору делиться ими со мной, и мне казалось неприличным призывать ее к откровенности.

Однако в подобном призыве она и не нуждалась.

– Так вот, главная причина, донья Сандра, заключается в том, что я не интересуюсь мужчинами.

– Простите? – Я не сразу поняла, к чему она клонит.

Эльнора улыбнулась.

– Я не интересуюсь мужчинами, – неспешно повторила она. – Меня гораздо больше привлекают представительницы моего собственного пола.

– А…

Теперь до меня дошел смысл ее фразы, но ответных слов я не находила.

– Да, мне нравятся женщины, – подтвердила Эльнора, прочитав понимание в моих глазах. Кажется, мое замешательство слегка ее позабавило, хоть и не стало неожиданностью.

 – И в частности, в данный момент мне, признаюсь, нравится одна определенная женщина. Эта женщина – вы.

И она обезоруживающе улыбнулась.

Дар речи не вернулся, скорее, наоборот, покинул меня окончательно, помахав на прощанье рукой. Я приоткрыла рот и снова закрыла его, так и не издав ни звука.

Нет, конечно же, я знала о существовании таких женщин. К слову, в Астароли их было больше, чем на юге, или, правильнее сказать, в более демократичном северном обществе они реже скрывали эту свою особенность.

В частности, в университете их было не так уж и мало. Но, во-первых, я никогда не общалась с ними близко. Во-вторых, мне всегда казалось, что подобные предпочтения характерны для женщин, внешне невзрачных и не слишком привлекательных для мужчин. Во всяком случае, я никак не ожидала подобного от такой роскошной женщины, как Эльнора, у ног которой с легкостью могли оказаться все холостяки Галлиндии.