Гордый

Утягиваю Крис за собой. Она кладёт голову мне на плечо, закидывает ногу на мое колено. Воспоминания мгновенно оживают. Мы часто раньше так проводили вечера. Но сегодня все совершенно иначе…

– Куда ты поехал после того, как меня домой отвёз? – ждет. Я бы не хотел таким делиться. Но после всех откровений не смогу дальше молчать. Оградить уже не получилось.

– С Васей разговаривал.

– Ты что, снова доверяешь ему?

– Не доверяю, но и отмахнуться не могу.

Взгляд ее полон надежд и сожалений. Я не хочу, чтобы она жалела.

– Ты мне снова ничего не расскажешь, да? – разочарованно отворачивается, добивая словами. – Действительно. Зачем? Я же никто. Мне и знать ничего не положено. А то очередную картину свистну.

Садится.

– Только обещай не бить сильно?

– Вот сейчас точно ударю.

– Да куда больше-то?! – наигранно возмущаюсь. Но улыбаюсь. Потому что она тоже старается спрятать улыбку.

– Когда мать повез на обследование за границу, – ловлю ее запястье, впиваясь губами. Не отпущу. Ни за что. Так страшно нарушить хрупкое установившееся равновесие, – назначил встречу одному человеку.

Известному реставратору и историку, знатоку живописи. Его заманить к себе не получилось: у него для этого отсутствовала физическая возможность. Поэтому я сам повёз ему картину. Вася об этом не знал. Никто об этом не знал.

– То есть картины в доме вообще не было? – потрясённый голос.

КРИСТИНА

Внутренняя дрожь пробирает до кончиков пальцев. Неужели ничего у него не пропало?! Не было на самом деле в доме картины!

– Той самой – не было, – согласно кивает, притягивая обратно и укладывая мою ладонь к себе на грудь.

 – Вместо неё я оставил другую. Картину этого же художника. Его творчество поделено на несколько периодов. Кое-какие его картины стоят всего лишь несколько тысяч долларов. А есть узкий промежуток времени, когда стоимость его работ оценивают в несколько миллионов. И разобраться, где настоящая ценность, а где пустая безделушка – дело непростое, этим нужно полжизни заниматься. Так я один раз лоханулся, и стал счастливым обладателем обычной мазни.

Сколько всего нужно знать и изучать, чтобы настолько впитать дух разных эпох и ориентироваться в таких тонкостях…

– Когда я увидел записку на подушке и узнал, что ты кредит закрыла на большую сумму – не поверил. К тебе поехал, поговорить. Когда увидел тебя при параде и в крутой тачке, решил, ты к эскорту вернулась. Решил, что то, ради чего ты была со мной, уже достигнуто. Психанул, разогнался… А потом… мгновение… И хруст.