Гордые души

Почувствовав освобождение из крепких объятий, я все же зашла внутрь и направилась к сумке с вещами."

"Наш самолет до Торонто был назначен на девять утра, и до этого времени я должна была успеть попрощаться с семьей. Патриция не смогла приехать в аэропорт из-за неотложных дел в комиссии, а Франческа гостила у своей семьи, которая приехала из Германии по случаю свадьбы.

Мы стояли на площадке аэродрома, где нас ожидал частный самолет, на котором огромными буквами было написано Ринальди. Далеко не все в мире мафии, могли позволить себе настолько кричащее воздушное судно.

– Обещай мне, что будешь звонить каждый день! – взяв меня за руки, сказала Розабелла.

– Как только твоя учеба закончится, я закажу тебе билет, – пообещала я, подмигнув сестре и крепко заключая ее в объятия.

– Поторопитесь, ты тут не одна, кто будет страдать! Я теряю достойного соперника в стрельбе, – недовольно пробурчал Теодоро, пихая младшую сестру в бок.

Я улыбнулась, отстраняясь от Рози и обнимая его.

– Если отец тебя отпустит, я буду ждать, – поглаживала я брата по спине. В груди поселилась маленькая грусть от расставания на неопределенный срок.

– Если он тебя обидит, я убью его.

Все, что волновало Теодоро, моя безопасность. Его глаза сверлили Кристиано, который стоял позади буквально в нескольких шагах. Тео еще сильнее сжал меня в объятиях, будто расставляя границы и защищая свою кровь, как мужчина и будущий глава семьи.

Остановившись напротив Элены, я посмотрела в ее карие глаза. Хотелось обнять сестру. Еакой бы стервой по отношению ко мне она не казалась, все равно оставалась моей сестрой. Элена старалась держать себя в руках, но внутреннее горе потери и неувенчавшегося успеха с Кристиано съедали ее.

– Надеюсь, ты будешь страдать, – уголки алых губ дрогнули, и она отвела взгляд.

– Нам пора, – голос Кристиано, привел меня в чувства.

Я развернулась и направилась к трапу.

– Витэлия! – закричала Рози, и я обернулась, девушка подбежала и заключила меня в объятия.

– Пожалуйста, береги себя, – прошептала она сквозь слезы.

Строгий голос дяди послышался из лимузина, и Розабелла, покорно склонив голову и вытирая слезы, побежала обратно к машине.

Устроившись в мягком кресле и пристегнув ремни безопасности, я смотрела в окно, наблюдая, как машина медленно скрывалась из виду.