Гонки на выживание

Через десять минут выходите из зала. Ничему не удивляйтесь. Здесь много наших людей.

Стенин кивнул и подошел к следующему. Это был начальник монтажно-сборочного цеха, вместе с которым они накануне произвели рокировку. Они тоже обнялись и тоже посмотрели в глаза друг другу. Потом это было еще с кем-то и еще… Сердце Стенина колотилось… Он вернулся на свое место. Большие настенные часы висели как раз перед ним. Через пять минут Кривошеий поднялся и они вместе с начальником сборочного цеха направились к выходу из зала.

Прошло шесть минут. Семь… На десятой минуте к Стенину подошла его личная секретарша.

— Роберт Николаевич, извините, там вас просят какие-то люди… — Кто такие? — удивленно поднял он голову. — Пусть подойдут сюда.

— Нет-нет, они просят, чтобы вы вышли сами. Он взглянул на часы — осталось тридцать секунд.

— Но вы же видите, я занят, — сказал он раздраженно и, явно недоумевая, поднялся из-за стола и медленно пошел к широким двойным дверям банкетного зала.

В просторном вестибюле, сверкающем бронзой и темно-красным мрамором, было полно людей, но женщин почти не было. В основном здесь топтались дюжие парни с каменными лицами профессиональных секьюрити — в банкетном зале находилось немало охраняемых персон. Они ждали своих подопечных. Из трех охранников Стенина здесь были почему-то только двое.

К нему как бы с растерянным, изумленным видом подлетел Кривошеий.

— Роберт Николаевич! Простите, пожалуйста, с вами хотят поговорить… Немолодой мужчина, невысокий, довольно грузный, в прекрасном черном костюме и темном галстуке, неторопливо подошел к Стенину.

И в тот же миг в большом вестибюле что-то изменилось: несколько молодых людей одновременно, как заводные фигурки, перегруппировались, так что Роберт Николаевич вдруг оказался в плотном кольце, наглухо отсеченным от своих телохранителей.

Один из его телохранителей автоматически сунул руку за полу черного пиджака, то ли за рацией, то ли за пистолетом, но в долю секунды, как в убыстренной киносъемке, оказался на полу с заломленными руками, которые крепко держали очень похожие на него рослые молодые люди.

За всем происходящим внимательно наблюдал еще один пожилой мужчина в таком же превосходном черном костюме, что и у первого, но худой, с чрезвычайно усталым, бледным лицом.

Он вплотную подошел к Стенину, достал и показал ему темно-красное удостоверение.