Гиблые земли

Из коридора послышался смех. Я покосился на соседнюю камеру и выругался под нос. Смеялась Корал. Вот же коза!

— Смешно? — буркнул я. — Ну-ну. Смейся громче. Глядишь, охрана услышит, вспомнит, что им босс обещал.

Смех оборвался. То-то же. Нашла, блин, повод!

— Да что ты себе позволяешь, ты… Выскочка! — раздалось разьяренное шипение. — Солдафон! Мужлан! Дуб…

Вероятно, разъярённая аристократка наградила бы меня еще не одним десятком эпитетов, но в этот момент что-то стукнуло и послышался звук, который нельзя спутать ни с чем: скрип давно не смазанных петель тяжелой двери.

— Ну что? Доумничалась? — фыркнул я. — Молодец!

Тяжело вздохнув, я размял кисти, повел плечами, и сел так, чтобы в любой момент можно было легко вскочить, используя стену, как опору.

Посмотрим, кто к нам пожаловал. Но, если это ублюдок Бранд — пусть не думает, что я так легко ему дамся!

Глава 5

В коридоре послышался звук шагов, а потом кто-то тихо проговорил:

— Лорд Дэймон?

Я нахмурился.

— Лорд Дэймон?

Темная фигура приблизилась к решетке, что-то щелкнуло, и в камеру упал узкий луч света. Свет ударил по глазам, и я невольно прикрылся рукой.

— Лорд Дэймон! — в голосе зазвучала радость. — Это я, Берн! Как вы, сир? Как же я рад, что вы живы!

Берн… Знать бы еще, кто это такой… Гребаный Голос, вот где он, когда нужен?

— Нормально, Берн, — как можно нейтральнее ответил я.

"— Сир, примите мои искренние соболезнования, — спохватился Берн. — Лорд Эйвор, мастер Элронд, Леди Тивора… Мне так жаль… Не передать словами…

— Спасибо, — проговорил я. Берн, Берн, Берн… Кто же это, мать его, такой? Вообще никак не откликается в памяти. Ведет себя почтительно, называет лордом и сиром… Слуга? Возможно. Но что делает в тюрьме слуга Старков? С той стороны решетки, я имею в виду. С этой-то логичнее было бы…

— Как ты здесь оказался, Берн? — ровным голосом спросил я.

— Я… Мне… Нам пришлось присягнуть на верность Бранду, — Берн опустил голову. — Это был единственный шанс выжить.

Я хмыкнул. Интересные дела. Жизнь — она одна, верно. И мотив понятен, но… Осадочек, так сказать, остается. Хоть предали и не конкретно меня.