Герцогиня. Выбор императора

Он вообще еще ни разу не продемонстрировал никаких эмоций, кроме безразличия, за все время знакомства. Вот и сейчас молча рассматривал девушку. Лес было крайне любопытно узнать, о чем он думает, но вряд ли это было бы возможно.

— Я так понимаю, — вместо приветствия произнес секретарь, — что леди Кателена теперь в отставке? Мне внести коррективы в ее посещения?

— Ардар! — Астимиан вспыхнул, покосившись на Лес. — Ты это вообще о чем? При чем тут леди Кателена?

— Ну как же. — На губах мужчины расцвела ехидная усмешка.

На миг в комнате сгустилась тишина. Все мужчины разом покосились на Амилес, сидящую с непроницаемым лицом и на удивление спокойно выслушивающую столь оскорбительные слова, а потом Орон и Кайт синхронно посмотрели на принца.

— Леди Амилес — мой друг, — сквозь зубы процедил Астимиан, на что получил три скептических взгляда.

— Да нет, — пробормотал Кайт, бросив неуверенный взгляд на остальных, — просто раньше ты с женщинами не… кхм… дружил.

— Все бывает в первый раз, — буркнул парень, обиженный на столь резкую реакцию друзей.

— Тогда ты не будешь против, если кто-нибудь из нас начнет ухаживать за леди Шаон?

— Нет, — спустя минуту выдавил из себя Астимиан.

— Как интересно, — не выдержала Лес, — а, собственно, моим мнением никто поинтересоваться не хочет?

— А вы все-таки претендуете на его высочество? — вскинул бровь Ардар, да так, что Амилес еле подавила желание исцарапать ему рожу.

— Я претендую сама решать такие вопросы. К тому же, лорд Келлэ, не вам указывать мне на претензии в отношении императорской семьи.

— Что?!

Это было сказано хором, но громче всех прозвучал голос принца. Да, в какую-то секунду Лес даже пожалела о своих словах, особенно когда ее взгляд встретился со взбешенным взглядом секретаря, но затем она выдохнула. А почему она, собственно, должна бояться? Ее слова не были ни клеветой, ни ложью, а нападки Ардара порядком уже достали.

Не надо быть телепатом, чтобы понять мысли мужчин. Император крайне неожиданно возвысил Ардара. Из никому не известного парня он слишком быстро стал сначала личным секретарем Аурина, потом лордом, а теперь, похоже, вообще нацелился войти в семью. И эта мысль была общей для всех мужчин.