Гений Медицины

Ну, может, можно кровь сдать или что-то в этом роде?

— Если бы это было возможно, то моя работа стала бы куда легче, — вздохнул мужчина.

— Нужна помощь? — поинтересовался я, подходя к ним. — Меня зовут Боткин Константин Алексеевич, врач-интерн.

— Ларионов Сергей Львович, лекарь-психиатр, — кивнул мужчина. — Кажется, мы уже пересекались, хотя и не успели познакомиться.

— Да, в отделении было уже два случая психиатрических заболеваний, — кивнул я. — А что происходит?

— Никак не могу объяснить вашему товарищу, что нельзя сдать кровь на шизофрению, — выдохнул он.

Значит, тот разговор с Клочком не прошёл бесследно. Крыс упоминал мне, что Соколов боялся сойти с ума. Значит, решил на всякий случай перестраховаться.

— Роман, таких тестов правда нет, — обратился я к Соколову. — Но если у вашего друга есть симптомы — то лучше перестраховаться и проконсультироваться с психиатром.

— А это будет тет-а-тет? — боязливо уточнил Роман.

— Конечно, — заверил его Сергей Львович. — Я лично слежу за неразглашением данных пациентов.

— Тогда я ему передам, и он подумает, — заявил Соколов и поспешно ушёл к палатам.

Передаст, конечно. Соколов просто дождётся, пока психиатр останется один, и придёт к нему на приём. Ничего, пускай проверится. Лишним не будет. А психиатрический диагноз по одному такому эпизоду ему не поставят.

Я забрал истории и отправился в третью палату. Как раз чтобы застать там другую ссору.

— А я ещё раз вам повторяю, переводитесь в другую палату немедленно, — сложив руки, заявил Лаврентьев.

— Позвольте, это палата на двух пациентов, — возразил его новый сосед и мой новый пациент Блохин. — Меня распределили сюда, нравится вам это или нет.

— А мне не нравится! — возмутился Лаврентьев. — Я хочу спокойно сконцентрироваться на своём здоровье, а не наблюдать вас на соседней кровати.

Опять надо утихомиривать моего вчерашнего пациента. Как я и думал, характер у него прескверный.

— Господин Лаврентьев, ваш сосед прав, он имеет право лежать в этой палате, — проговорил я.

Он вздрогнул и повернулся ко мне.

— Константин Алексеевич, я вас не заметил, — нервно произнёс Лаврентьев. — Просто я думал, что ко мне никого не подселят…

— А к вам подселили, — закончил я за него. — Это политика клиники, так что вы ничего не можете сделать. Лучше вам не хамить соседу по палате.

— Понял, извиняюсь, — кивнул тот.

Хорошо я его вчера припугнул, раз он до сих пор так боится меня.