Гений Медицины

— Меня здесь не было весь день, я даже чай пил в сестринской, — заявил Шуклин. — Там дел невпроворот, так что вообще не отвлекался.

— Я заходила около трёх, пересекалась с Константином, — тихо сказала Лена. — И всё.

— И как же мне всё это помогло, птенцы мои недоношенные⁈ — заявил Зубов. — Ординаторская пустовала с двух до трёх, и в это время в ней мог побывать кто угодно!

Он был прав. А потому не только интерны в числе подозреваемых. Но логичнее всего начать с нас.

— Мне придётся осмотреть ваши сумки, — добавил Михаил Анатольевич.

Вот чёрт, там же Клочок!

Это, конечно, не пропавший Морфин, но его обнаружение не сулит мне ничего хорошего. Люди боятся того, чего не понимают. А говорящий крыс в элитной клинике — как раз такой случай.

Остаётся надеяться, что Клочок слышал весь этот разговор и успел перепрятаться.

— Вы не можете, это наше личное! — запротестовал Соколов. — Там мои личные вещи.

— Не морфин ли часом? — тут же прищурился Зубов.

— Да ну нет, не брал я, — замахал руками Соколов. — Раз надо — смотрите.

Остальные тоже послушно пошли за сумками. Я быстро обдумал всё и решил, что тоже позволю осмотреть свои вещи.

До конца я не был с этим согласен, однако такое решение показало бы мою невиновность. Отношения с Зубовым только начинают строиться, и отказ сейчас навлечёт ненужные подозрения.

Наставник начал как раз с рюкзака Соколова и первым делом извлёк оттуда… порножурнал."

"— Это что за дела в моём отделении? — сразу же воскликнул он.

— Это моё личное дело, — покраснев, ответил тот. — Это же не пропавший морфин.

Теперь понятно, почему он так сильно не хотел этой проверки. Зубов тяжело вздохнул и двумя пальцами, изображая полную брезгливость, положил журнал на стол. Бумажник, ключи, зарядка для телефона, наушники. Больше ничего не было.

— Следующий, — кивнул он.

В сумке Болотова нашлись какие-то конспекты, книги по различным заболеваниям, ручки. Больше походило на сумку студента, а не врача.

Рюкзак Шуклина больше походил на какую-то помойку. Упаковки из-под чипсов и конфет, какие-то бумажки, чеки.

— Давно собирался выкинуть, — невозмутимо пожал он плечами в ответ на вопросительный взгляд Зубова. — Морфина нет, остальное неважно.

Сумка Тарасовой была ожидаемо заполнена косметикой. Ежедневник, кошелёк, ключи.

Настала очередь моей сумки.

Она была почти пустой, стандартный набор как у всех.