Фенёк

— Не говори никому, — раздалось тихое, как гром, Марины.

— Что именно?

— Что не помогло, — Марина опустила голову, было видно, что слёзы потекли у неё по щекам.

— Марин, всё равно станет известно, позже…

— Ну и что, сейчас не говори, пусть мама спокойно на море с Юлькой съездит, а Илья в лагерь свой, он давно ждал… я не хочу, чтобы они знали, пока, хотя бы.

— Как скажешь, Мариша.

Всхлип, ещё, ещё, пока Ланд Ровер перестраивался в правый ряд, чтобы остановиться прямо под знаком «остановка запрещена».

— Я устала, Серёжа, я так устала, — Марина плакала, размазывая тушь и помаду по лицу, хватаясь за рубашку мужа, оставляя на ней такие же следы.

— Всё будет хорошо, всё будет хорошо, самое тёмное время перед рассветом, — уговаривал то ли её, то ли себя, борясь с собственными слезами, которые раздирали глаза песком, но не позволишь себе, не заплачешь, не закричишь в отчаянии, проклиная этот мир.

Они вернулись домой поздно ночью, после прогулки в новом тематическом парке, куда неожиданно свернул Сергей, чем вызвал лёгкую, но улыбку Марины, ужина в шикарном ресторане и даже поцелуя, который, впрочем, Сергей это знал наверняка, ничем не закончится, а так и повиснет в воздухе дразнящим ярким пятном.

Он сказал Марии Антоновне, что опухоль не увеличилась, а, скорее всего, после повторения курса, уменьшится, то же самое он сказал Илье, обманывая сына, что его мать, пусть не скоро, но поправится. Юля ещё мало что понимала, и ей он пообещал, что на следующее лето они поедут на море всей семьёй.

= 3 =

Весна проскочила, как один день, и в первый, отнюдь не тёплый день лета, Сергей шёл по парковке, кинув уже ставший привычным взгляд на маленький пежо.

Эта небольшая и немного нелепая машинка вызывала в Сергее интерес, как и её хозяйка. Не острый, и Сергей не планировал переносить свой интерес на другой уровень, но явный.

Он встречал Ксюшу, когда заходил в бухгалтерию, или с утра они, по какой-то случайности, часто оказывались в одном лифте.

"В общем, в Аксинье не было ничего, за что возможно зацепиться взгляду мужчины. Она была славной девушкой, хорошенькой молодой женщиной, не без очарования, но определённо «на любителя», коим Сергей не являлся. Слишком худая на его вкус, не яркая и не броская молодостью или дерзостью. Она не казалась уверенной в себе или даже слегка высокомерной. Но главное — она была худой.