Фенёк

Серё-ожа, выходи, давай, — громко, под «ой» Ксюши.

Сергей появился в дверях, застёгивая на ходу рубашку.

— Что ты орёшь, как баньши.

— Да, вот. Хотим знать, что ты скажешь.

— Что скажу… что скажу… — смотря на красные пятна на шее Ксюши, — скажу, что полностью согласен с твоими доводами, отпуск и снова в бой. — Он сел рядом с Ксюшей и обнял её. — Ты же не бросишь нас, Аксинья Владимировна?

Ксюша молчала, разглядывая поверхность ненового стола, помнящего ещё анекдоты про Брежнева.

— Интересно, что у вас тут происходит? — Марго бегала глазами от мужчины к женщине и выглядела удивлённой.

— Что у нас происходит? — Сергей нагловато посмотрел на Марго, зная, что то, чему она стала свидетелем, опознав в прихожей вещи Сергея, останется между ними. Потом перевёл взгляд на Ксюшу, смотря, как она прячет лицо в волосах, явно неуютно себя ощущая. На зацелованные им губы, так, что кажутся немного воспалёнными, на полупрозрачные веснушки, на волосы, лёгкой вуалью закрывающие шею.

— Любовь у нас, — вдруг сказал, подмигивая в удивлённую зелень глаз, в которой переливалась янтарная крошка.

— Уффф, — раздалось тихое Ксюшино вместе с:

— Оооооооооо, — смеющееся от Марго. — Не залюбитесь только. Так что, Ксюша, остаёшься, раз уж тут такое дело?

— Я не знаю.

— Нечего тут знать, остаёшься, — отрезал Сергей, — в гордость потом поиграем, люблю ролевые игры, — нагло улыбнулся, — а пока оформишь отпуск и вернёшься на рабочее место.

— Хм…

— Вот и договорились, — Марго хлопнула себя по коленям, вставая, — Серёжа, можно тебя на минуточку, производственный процесс.

Сергей вышел на лестничную площадку, захватив сигареты.

— Серёжа, ты идиот?

— Чего? С немцами рабочая ситуация, всё улажено.

— Какие немцы? Не заговаривай мне зубы. Зачем ты связался с этой Ксюшей… у тебя семья, Серёжа. И это не пустой звук, они все на тебе держатся. Дети, Юлька ещё маленькая, да и у Ильи возраст сложный, Марина, отец, даже тёща! Все живут, потому что у тебя голова на плечах.

— Матерь пресвятая богородица, ты первый раз меня с бабами застаёшь? Сама давно в святоши записалась? Они тебя переманили печеньками, признавайся, — хихикая, немного отталкивающе.

— Поступай, как знаешь, не маленький уже, но головой думай! Думай, Серёжа! Не смей не думать.

— Да думаю я, что завелась-то?!

— Вижу я, как ты думаешь… горе луковое, — и нажала кнопку лифта. В раздражении.

На кухне сидела притихшая Ксюша.