Фехтмейстер

— Мне тут сказывали, — понижая голос, вымолвил Францевич, — что на днях на Большой Морской было какое-то не то ограбление, не то пьяная драка, уж не упомню. И вот там в качестве вещественного доказательства фигурировал некий очень примечательный кинжал.

— А, ну да, ну да, было такое.

— Сказывают, по тому делу все подозреваемые уже мертвы. Так вот, я и хотел попросить, если штука все равно выморочная, может, как-то можно того, изъять сей кинжал из материалов дела? Им ведь, кажется, никого не убили, стало быть, можно и любой другой положить.

— Настоящие? — покосился жандарм.

— Да ну, помилосердствуйте, откуда ж теперь иные? — Людвик Юстинович протянул жандарму «барашка в бумажке».

— А то смотрите! — Ляхов погрозил пальцем хозяину. — Не погляжу, что старые знакомые! — Он взял конверт, бегло пересчитал купюры и засунул «статусную ренту» в карман. — Хорошо, будь по-вашему. Приходите завтра в Управление, все сделаем.

— Отчего ж завтра-то? Завтра уже вручать надо. Дежурные ж там всю ночь кукуют. Так вы уж черкните им записочку, что, мол, срочно надо, а я слугу пошлю, он принесет.

— Негоже так, — вздохнул Ляхов, опустошая еще один стакан. — Ну да ладно, как говорится, для милого дружка и сережка из ушка.

— Петруша! — крикнул присяжный поверенный, и затянутый в ливрею слуга с непривычно смуглым для северных широт лицом, молча склонившись перед офицером, поставил на стол письменный прибор и листы чистой бумаги.

ГЛАВА 29"

"Гроссбух подобен Книге судеб — он порождает военные союзы и убивает их.

Кольбер

Эрцгерцог Карл внимательно поглядел на вошедшего в комнату человека среднего роста, крепкого телосложения, со спокойным и уверенным лицом. От него буквально исходила волна уверенности, будто он, а не Карл был хозяином кабинета и лишь позволил молодому принцу освоиться в кресле наместника и подержать в руках секретные бумаги.

— Я навел о вас справки, — едва поздоровавшись, начал эрцгерцог.

— Польщен, — склонил голову Конрад Шультце. — Возможно, господин полковник переоценивает мои заслуги.

— Признаться, майор, я не посвящен в суть вашей тайной войны, но для меня рекомендация господина Ронге дорогого стоит.

— Я лишь выполнял свой долг.

— Ответ, достойный офицера.