Война за мобильность: Наследие исполинов

— Кроме нашего человека, среди туристов значится также оаонс-перевертыш с Иншуди. Вероятно, он также взаимодействует с разведкой своей доминанты. Цель его пребывания на Табаске неясна; известно также, что участие в «экзотик-тур» на Табаску он оплатил раньше, чем было принято решение отправить на отдых туда же нашего агента. То есть цель перевертыша — не наш агент. Его цель на Табаске.

— Что я могу для вас сделать?

— Прежде чем «Евразия» ввяжется в бой с флотом шат-тсуров, нужно забросить несколько человек на Табаску.

— Прикрытие нужно?

— Нет, придадите пехотинцам два орудия, так что канонир им все равно понадобится. Остальные двое из моих — специалисты, их участие тоже не вызовет подозрений. Кибернетик и мнемотехник. Пехотинцев желательно взять из роты разведки, той, что чистила базу Германа де Шатоли на Ганямеде.

— Сделаем. Сроки?

— Каково расчетное время финиша в системе Табаски?

— Сто одиннадцать часов с минутами.

— Сразу по финишу десантируемся. Десантироваться, кстати, придется методом точечной заброски.

Хемерсбрандт озабоченно нахмурился. Точечная заброска была делом довольно опасным и пока еще плохо освоенным.

Специальная установка счетверенных малых икс-приводов швыряла каждого десантника из стартовой гермозоны прямо в атмосферу нужной планеты. Наведение должно быть ювелирным, а десантники — опытными. Иначе — верная смерть. Разведрота, о которой упоминал Хмелевой-Фокин, проводила учебные занятия по точечной заброске, но реально ни одной боевой высадки не совершила.

— Вы не переживайте, адмирал. Маска расчетов наведения у меня имеется. Успеем, нужно будет обсчитывать уже готовые шаблоны. За оставшееся время вполне реально собрать все данные о каждом десантнике, от веса в снаряженном состоянии до пси-индекса.

— Отчаянный вы человек, капитан, — откровенно сказал адмирал.

Разведчик сухо улыбнулся:

— Работа такая…

— Все сделаем. Командовать взводом будете вы?

— Нет, зачем же? Офицер-пехотинец.

— Добро.

— Спасибо, господин адмирал!

— Служу Земле, — усмехнулся Хемерсбрандт. — Все мы принадлежим Земле, капи… э-э-э… лейтенант Хмелевой.

— Так точно, адмирал! — Собеседник встал. — Разрешите идти?

— Идите, — кивнул адмирал.

И подумал: «Удачи тебе, мальчик.