Эхо первой любви

Фрида, поверь, я люблю тебя и хочу быть только с тобой. Не знаю, как объяснить тебе это, но мне кажется, будто я хранюсь в твоем сердце. Если ты уйдешь, то я смогу, конечно, без тебя жить, но без мыслей о тебе меня не будет. В общем, такое…

Зиганшин притянул Фриду к себе и посадил на коленки, чувствуя, как табурет просел под их соединенной тяжестью.

Они посидели молча, потом попили чаю с хлебом, и Мстислав Юрьевич пошел стелить кровать. В его комнате стоял довольно узкий диван, но устраиваться на мамином супружеском ложе он не решился.

Когда они легли, Зиганшин обнял Фриду, зарылся лицом в ее волосы и подумал, что завтра они первый раз проснутся вместе.

Он лежал неподвижно, чувствуя Фриду каждой клеткой своего тела, но ничего не делал. Бедной девушке и так предстоит тяжелое время, пусть хотя бы не будет у нее воспоминаний, как она занималась сексом с убийцей, когда уже знала, что он убийца.

…Зиганшин почти не спал ночь, так, задремывал и сразу просыпался. Он боялся, что, привыкнув к одиночеству в постели, толкнет Фриду или навалится на нее.

Он лежал, слушал ее тихое легкое дыхание и грезил о счастье, которое теперь не состоится. Хотя почему не состоится? Сейчас они вместе, рядом, это счастье и есть, а что будет через минуту – да бог его знает!

В шесть утра он поднялся, стараясь не шуметь, принял душ и сварил себе кофе.

Интересно, что ему предстоит сегодня? Вроде бы все связанные с его персоной следственные действия Кныш произвел и дернет его, только если на очную ставку с охранником или с Леной, когда она прибудет на родину.

Зиганшин внимательно перебрал в памяти вчерашний допрос. Нет, кажется, он не сказал ничего лишнего и нигде не солгал. Может быть, попросить детектор лжи? Но для суда это не аргумент, так что не стоит и заморачиваться.

Послышались легкие шаги, и на пороге кухни появилась Фрида, растрепанная со сна и очень милая в просторной футболке Зиганшина. Мстислав потянулся к ней, но невеста смутилась и убежала в душ.

Мстислав улыбнулся и принялся варить овсянку, так что когда Фрида вышла из ванной, аккуратно причесанная и одетая в джинсы и кофточку, ее на столе ждала дымящаяся тарелка, а с подоконника доносился вой кофемашины, варившей ее любимый капучино.

Фрида села за стол, но есть не стала, сказав, что по утрам у нее совсем нет аппетита в последнее время. Зиганшин тоже опустил ложку и внимательно посмотрел на нее.

– Давно с тобой такое?

– Несколько дней всего. Наверное, от травмы какие-нибудь отдаленные последствия.