Его моя малышка

— Да, — ответил тот, — есть у меня знакомый юрист по бракоразводным делам.

Глава 24. Роман

Разговор с юристом был недолгий.

Роман собирался лишь проконсультироваться и оценить свои шансы оставить при разводе дочь.

Юрист обещал учесть все нюансы и предоставить возможные варианты решения вопроса в пользу Романа и мирным, и не очень путём.

Выглядел Гомельский, конечно, невозмутимо, равнодушно, строго и по-деловому, но так было тошно от всего этого, что, выйдя на улицу, он снял пиджак, развязал галстук и сейчас с удовольствием окунул бы голову в холодную воду.

А него было столько работы. Но он сам её себе придумал, чтобы был повод лично заехать в «Вест-Ист». И это предвкушение от встречи с женщиной, что, как бы он ни хотел, не шла из головы, разом освежило лучше любого ветерка.

Он лично привёз подготовленные документы. И имел долгий и приятный разговор с Григорием Вагнером, правой рукой Марины Вячеславовны и её финансовым директором, но саму Марину, как не тянул время, Гомельский не застал.

— Ой, представляешь, — щебетала вечером в столовой Лиза, за ужином делясь своими новостями, — эта Скворцова была такой милой, провела для меня экскурсию, всё показала, рассказала, назначила мне личного консультанта, — трещала она без умолку, не замечая, что Роман даже перестал жевать и уставился на неё с удивлением. — Сказала, что я могу обращаться к ней в любое время, по любым вопросам и даже накормила нас с Дианой обедом в их столовой.

— А когда ты была у неё? — отодвинул Роман тарелку, испытав нечто сродни ревности. То есть с его женой она нашла время побеседовать, а его проигнорировала? Уж наверняка ей доложили. И он-то, когда новая няня сообщила, что Елизавета сама ушла гулять с дочерью, подумал, что она катает её в коляске возле дома. А она, значит, повезла её в «Вест-Ист»?

— Часов в двенадцать, — увлечённо ковырялась Лиза в приготовленных на пару овощах.

Роман думал, что сегодня она часов до двенадцати только будет отсыпаться. И, когда в девять оставлял Диану новой няньке, просил не шуметь, чтобы не разбудить жену. А она его даже опередила.

«И эти овощи, — с недоумением посмотрел он на большую белую тарелку, заваленную зелёно-оранжевым содержимым. — Она всегда гордилась тем, что могла есть всё что угодно и не толстеть».