Дороже всех сокровищ

Девушка попыталась поймать взгляд отца, но он отвел его в сторону. Сердце у нее упало.

– Что-нибудь выпьете? – предложил Лазз.

– Двойной скотч.

– Что-то случилось? – подавая тестю бокал, спокойно поинтересовался Лазз.

Витторио сделал несколько глотков.

– Я надеялся, что этот разговор не состоится, но, боюсь, избежать его невозможно.

Воцарилось молчание. Лазз изучал лицо тестя.

– Правильно ли я понимаю, что у вас нет Бримстоуна?

– Да. – Отец Арианы осушил бокал. – Поэтому я здесь.

– Ох, папа, – прошептала она, закрывая глаза.

– Дочка, я…

– Я хочу знать, что случилось с бриллиантом, – перебил его Лазз.

Витторио ответил не сразу:

– После смерти Доминика я съездил в банк и взял из ячейки бриллиант.

– После смерти Доминика? – повторила за отцом Ариана. Ноги у нее подкосились. Но перед свадьбой он сказал, что потерял его недавно!

– Да, – виновато согласился отец. – Примо ничего не знал о договоре, поэтому я хотел вернуть ему Бримстоун и объяснить, как получилось, что он оказался у меня, но не смог сделать это сразу.

– Вы заявляли о пропаже? – Лазз поднял бровь. – Нет?

– Нет, – признался Витторио. – Мне было стыдно сознаться, что камень пропал из-за моей небрежности. Ну и конечно, хотелось избежать скандала, хотя главная причина, по которой я позволил свадьбе состояться, заключалась в другом.

– Счастлив буду о ней услышать.

– Доминик желал от всего сердца, чтобы вы поженились, потому что хотел защитить тебя.

– Вы утверждаете, что ваши помыслы были абсолютно бескорыстны?

– Нет, не утверждаю, но однажды, когда вы с Арианой еще были детьми, Доминику показалось, что между вами вспыхнула искра Инферно. Сначала Дом сомневался, но он верил в Инферно, поэтому составил тот договор. – Помолчав, Витторио добавил: – Я никогда не забуду выражение его лица, когда мы его подписали.

– Хватит! – властно перебил его Лазз.

– Лазз, пожалуйста, – с мольбой в голосе попросила Ариана, но муж даже не посмотрел на нее.

– Я не хочу сейчас вдаваться в причины, которые заставили вас подписать договор, – ровным голосом продолжил он. – Меня больше интересует, почему вы не сообщили нам о потере Бримстоуна. Хотя я, кажется, знаю, почему вы так поступили.