Дом-фантом в приданое

Они опять переглянулись, и Люсинда вскочила с кресла, выражая готовность следовать за Липой туда, куда ее поманил милицейский, хоть в острог!

Олимпиада Владимировна вышла в собственную прихожую, где было сильно натоптано, накурено и очень холодно, потому что с лестницы дуло немилосердно, и как будто споткнулась взглядом о лежащее на полу тело.

Теперь это было именно тело, кое-как прикрытое черной клеенкой, а не человек с мучительно задранным подбородком.

— Господи, — сказала Олимпиада и прикрыла рот рукой.

— Всему свое время, — сказал милицейский загадочно. — Пройдите, пройдите туда!..

Туда — означало на лестницу, где все смолкло, когда она появилась, только где-то в отдалении тявкала парамоновская собака по кличке Тамерлан.

— А как же ваши соседи говорят? — не очень понятно спросил старший лейтенант. — А вы сказали — никто не живет!

— Где? — не поняла Липа.

— Напротив. Вот здесь. Ваши соседи говорят, что живет!

— Кто?! — поразилась Олимпиада. — Никто там не живет! Никого там нет! В тех квартирах живут Парамоновы и еще студент, Володя, я не знаю его фамилии.

— Так знаете или не знаете?

— Нет! — почти крикнула Липа. — Не знаю!

— И где он сейчас, тоже сказать не можете?

— Конечно, не могу! Я же за ним не слежу! А напротив никто не живет, это я вам точно говорю!

Парамоновы вылупили глаза и затараторили, как из пулемета застрочили:

— Как нет?!

— Конечно, живет!..

— На той неделе въехал!..

— Я сама видела! Еще коробки все носили!.

— И на лестнице третьего дня встретились!..

Это была какая-то ерунда, и Олимпиаде Владимировне показалось, что она сошла с ума."

"— Никто там не живет! — перекрикивая соседей, завопила она. — Когда-то жили, а потом никого не стало, это еще при бабушке было!

— Да не верьте вы ей!

— Товарищ милиционер, вы нам верьте, мы-то знаем!..

— Он третьего дня полез… — кричала Парамонова, тыча в мужа пальцем.

— …снег с крыши скинуть, его там тонну навалило! Вот я и полез, а тут этот идет!

— Важный такой, по сторонам не глядит…

— … а я ему кричу, поберегись, мол, а он на меня ноль внимания и эту свою поставил…

— …прям в крыльцо въехал…

— Ти-ха! — гаркнул старший лейтенант Крюков.

Парамоновы разом замолчали и уставились на него преданно и умильно, как прихожане на икону Спаса Нерукотворного.

— Да что вы их слушаете, товарищ милиционер, — вступила Люсинда Окорокова из-за спины Олимпиады, — они вам наговорят!..