Дом Люцифера

Расследовать причину гибели Софи. Ее прекрасное, искаженное мукой агонии лицо постоянно преследовало его и во сне, и наяву.

Три дня тому назад он ранним утром прилетел в Лондон и сошел с самолета в Хитроу, одетый в новый костюм, купленный в Сан-Франциско. То было начало долгого, опасного путешествия. В Хитроу его встретил агент из МI-6, посадил в машину военно-медицинской службы и отвез на базу Королевских ВВС, расположенную где-то в восточной Англии. Уже оттуда он совершил перелет в Саудовскую Аравию, приземлился в пустыне на маленьком аэродроме, где был встречен неким безымянным капралом из САС, одетым в длинные одеяния бедуина и прекрасно говорившим на арабском.

— Вот, наденьте, — он протянул Джону примерно такой же, как у него, балахон. — Нам предстоит воспользоваться одной статьей малоизвестного довоенного соглашения. — Позже выяснилось, что говорил он о нейтральной зоне, расположенной на границе Ирака с Саудовской Аравией, где кочевникам бедуинам из обеих стран разрешалось беспрепятственно следовать своими проложенными за многие века маршрутами.

И вот в этих просторных, развевающихся на ветру одеждах Джон с капралом переходили от одного бедуинского лагеря до другого, пока, наконец, не оказались на территории Ирака. А затем, уже на окраине Багдада, капрал приготовил Смиту еще один сюрприз — снабдил фальшивыми документами, иракскими динарами, западным костюмом, а также нарукавной повязкой и бляхой работника ООН из Белиза. Отныне у Джона было новое имя — Марк Бонне.

Он даже покачал головой, пораженный предусмотрительностью службы МI-6.

— Вы, смотрю, как всегда на высоте.

— Да ни черта подобного, — устало огрызнулся капрал. — Напротив, далеко не уверен, что у вас хоть что-то получится. Нет смысла тратить действительно хорошие документы на потенциальный труп. — Впрочем, это не помешало ему крепко пожать Джону руку на прощанье. — Если снова увидите эту задницу, Питера Хауэлла, передайте, что он должен всем нам хорошую выпивку.

И вот теперь Джон сидел в здании бывшего американского посольства, одетый, как и подобает работнику ООН низшего звена, — в коричневые хлопковые брюки, рубашку с короткими рукавами, куртку на «молнии», снабженную нарукавной повязкой, бляхой и пластиковой идентификационной карточкой. В кармане лежала еще одна, запасная, карточка и деньги.

— Не принимайте мою озабоченность на свой счет, — сказал Домалевский, продолжая изучать обстановку на улице.