Долго тебя ждала

– Я тебе доверяю, – говорит Таня Капустину. – Вряд ли ты захочешь убиться в расцвете своей карьеры.

– Дорога полна неожиданностей, – смотрит на нее через плечо. – У тебя самое небезопасное место в салоне, так что пристегни ремень.

Таня поджимает губы, а девушка Капустина мурлычет:

– Заботливый…

Таня кривит лицо, будто ее сейчас стошнит, но все же пристегивается, а потом цепляет Альберта за локоть и насильно прижимает парня к себе, громко спрашивая:

– Куда конкретно мы едем?

– За двадцать километров от города.

По крайней мере, это недалеко.

Поерзав на месте, устраиваюсь удобнее.

Танин бок тесно прилегает к моему. Ника подпевает радио, и музыкальным слухом ее природа не обделила.

Таня тихо фыркает, но все происходящее, как ни странно, действует на меня расслабляюще.

Мерное покачивание внедорожника и мелькающие за окном поля гипнотически усыпляют. Не в силах сопротивляться, вязну в теплом плену дремоты и отключаюсь. Понятия не имею на сколько, но, когда меня трясут за плечо, подскакиваю мгновенно.

Кручу головой по сторонам. С тех пор, как Капустин усадил меня в свою машину, успело стемнеть.

– Что? – спрашиваю, потирая кулаком глаз, пока «БМВ» тормозит у ворот дома.

– Приехали, – отрывисто говорит Таня.

Полным составом высыпаемся из машины, хлопая дверьми.

Передернув плечами, осматриваюсь по сторонам, чувствуя, как после салонного тепла по коже разбегаются бодрящие колючие мурашки.

Отличное освещение, довольно широкая дорога и снежные шапки немаленьких крыш соседних домов не вяжутся у меня со словом «дача», но я успела узнать, что у Данилы Капустина слегка своеобразное понимание некоторых вещей.

Ника скрывается за калиткой высокого кирпичного забора, пока Данила открывает ворота. Вдоль ограды припарковано шесть машин. Шесть!

Делаю вывод, что «вечеринка для своих» – колоссально приуменьшенная информация от господина Капустина.

– Давайте-давайте… проходим, – подталкивает он нас. – Проходим-заходим.

Поочередно протискиваемся во двор, оказываясь в совершенно другой атмосфере, нежели за кирпичным ограждением, где царили тишина и безмолвие.

Перед нами небольшой двухэтажный дом, и в каждом окне первого этажа горит яркий желтый свет, а из трубы валит тонкий дымок, убегая в темное беззвездное небо.

Пахнет офигенно!

Веранда украшена светодиодными фонариками, вызывая у меня улыбку. Левее крыльца в сугробах резвится детвора, визгливо заливаясь смехом.