Долго тебя ждала

— Почему? От меня воняет?

Я не разделяю его веселья. Я слишком взволнованна. Слишком! Я, Зотов, ужин… это чертовски заманчиво, но мой ответ самой себе — «ни за что» …

Зачем нам встречаться? Общаться, будто мы старые добрые друзья? Но именно так, кажется, Марк и считает. Но мы не старые добрые друзья. Мы вообще не друзья! И вряд ли ими когда-нибудь будем.

— Я не ужинаю со своими бывшими, — отрезаю.

— Сделай мне минет, и я перестану быть бывшим, — предлагает невозмутимо.

Открыв рот, смотрю на него и не могу поверить в то, что он сейчас сказал.

Подняв руку, отвешиваю ему пощечину.

Не такую, которая могла бы свернуть ему шею или сломать мне руку, но достаточно ощутимую, чтобы он слегка дернул головой, а моя ладонь вспыхнула.

— Пошел ты, Зотов!

— А вот и первая ссора, — кивает он одобрительно, оставаясь все таким же невозмутимым.

Мои щеки все еще горят, а глаза круглые.

Он взбудоражил все мои внутренности всего за две секунды, и теперь я уже не знаю, чего хочу больше — отвесить пощечину второй его щеке, или… или повиснуть у него на шее и зло поцеловать… укусить его красивый рот, будто мне снова семнадцать, и мы ссоримся в пух и прах после того, как я приревновала его к очередной хоккейной фанатке…

Свой пульс я ощущаю в горле.

Тишину дома внезапно взрывает шум из коридора, и я срываюсь с места, толкая Зотова в грудь и заставляя отойти в сторону.

Перед дверью снова толкучка, но все расступаются, когда на пороге появляется Страйк, таща на себе Альберта, который еле переставляет ноги и выглядит абсолютно невменяемым и беспомощным.

Поверить не могу! Он в стельку пьяный!

— Осторожнее! — шикает Таня, входя в дом вслед за ними и держа в руках очки своего «парня».

Глава 13

Сердце все еще колотится. Я изо всех сил пытаюсь дышать ровно и сконцентрироваться на том, что творится перед моими глазами, а не на том, как в прихожей появляется Зотов, медленно выходя из кухни.

Спрятав ладони в карманы спортивных штанов, смотрит на меня поверх всей этой суеты, и его лицо предельно серьезным, как и взгляд, которым он прожигает меня через разделяющие нас метры.