Долго тебя ждала

Пьяный и с полным ощущением вседозволенности…"

"Марусе еще и полгода не было, она разрывалась неистовым ревом в своей детской кроватке, пока Власов…

Его выводило из себя то, что я его не хочу. Никогда не хотела. После того единственного раза, в результате которого появилась Маруся, я не позволяла ему до себя дотронуться. Отказалась строить с ним семью, которую он предлагал с высокомерием. Никогда не была в него влюблена и никогда не повторила бы той отчаянной новогодней ночи снова!

— Нихера ты не докажешь, — говорит ледяным голосом.

— Может быть не докажу, — хрипло говорю в трубку. — Но весь город узнает.

— Насрать мне, — бросает.

— Вот и проверим.

Мне было девятнадцать. У меня был новорожденный ребенок.

Девочка…

Я не знала, как поступить. Не хотела, чтобы моя дочь росла, зная что ее отец насильник. Не хотела, чтобы кто-то знал, что меня изнасиловали. И не хотела проблем для моего отца, которые Власов обещал организовать, если бы посмела кому-то рассказать или обратиться в полицию.

Он будто и сам испугался.

Он испугался и больше никогда ко мне не прикасался, не появлялся в моей квартире без предупреждения.

Я запуталась, и не знала что делать. Его родители так полюбили Марусю. С первого взгляда!

Я не хотела разрушать это. Семью, заботу, которой моя дочь достойна, ведь я не смогла бы простить этим людям, встань они тогда на сторону своего сына. Я не хотела проверять. Я просто пережила это. Оставила позади…

Но я не могу позволить Родиону коверкать жизнь Зотова.

— Хочешь, чтобы твой хоккеист меня прикончил? — его голос снова становится ядовитым. — Наверное, мечтаешь об этом, да, Баум? Хочешь, чтобы его посадили? Ты ж врубаешься, что я не шучу? Он у тебя ебанутый. Из Канады за судимость попрут, готова к такому раскладу, любимая?

Его слова дают свои ростки в моей душе.

— Я сделаю то, что сказала, — говорю с внешним холодом, когда внутри все адски горит. — Если ты не сделаешь то, что мне нужно!

Сбрасываю вызов, не давая ему ответить и сгорая от желания помыть руки.

Открыв воду, подставляю ладони под холодную воду и ополаскиваю пылающие щеки. Глядя на себя в зеркало, вижу, как они горят.