Дочь викария

— О да, леди Рэнли, — пробормотала Мегги, — тетя Алекс велела мне танцевать, пока не протру дырки в подметках.

Далее все пошло как по маслу. Девушка улыбалась, смеялась, шутила с окружающими, которые, в свою очередь, были чрезвычайно с ней приветливы. Молодые джентльмены подходили к ней и оставались или приглашали на танец. Как раз перед полуночным ужином она заметила высокого мужчину, показавшегося ей знакомым. Мегги нерешительно склонила голову набок, наблюдая за ним. Они наверняка уже встречались, но где? Эту посадку головы она уже видела раньше.

Девушка распознала внезапно нахлынувшее чувство, отголоски которого до сей поры хранила в душе. Она ничего не забыла. Это чувство просто дремало много лет и вот теперь пробудилось.

Все еще глядя в его сторону, она подошла к тете Алекс.

— Веселишься, дорогая?

Мегги с трудом оторвала от него взгляд.

— О да! Только что танцевала с виконтом Гловером. Прекрасно говорит по-испански и желает перестроить полученный от отца дом.

— Вот как? Интересный молодой человек. По-моему, жена его в прошлом году умерла родами.

Мегги рассеянно кивнула. Ей было не до виконта.

— Кто этот человек, тетя Алекс? Тот, что беседует с тремя джентльменами под большой люстрой?

Как раз в эту минуту за спиной жены появился Дуглас.

— Какой человек?

— Вон тот, — кивнула Мегги. Дядя чуть прищурился, стараясь получше разглядеть неизвестного, и тот повернулся, словно ощутив, что на него смотрят.

— Ну и ну! — ахнул Дуглас. — Что за приятный сюрприз! Не знал, что он в Лондоне!

Мегги окаменела. Неудивительно, что этот мужчина не только выглядел знакомым, но и произвел на нее такое воздействие! Это Джереми Стэнтон-Гревилл, младший брат тети Софи! Мегги влюбилась в него, когда ей было тринадцать, а ему, тогда необузданному молодому человеку, — целых двадцать четыре! В то время она, можно сказать, пала к его ногам без малейшего сопротивления и мечтала только о нем.

— Странно, что ты не узнала его, — удивился Дуглас. — Это Джереми Стэнтон-Гревилл, один из твоих бесчисленных кузенов.

— О нет, дядя Дуглас.